Книга Эксклюзивные права на тело, страница 61 – Саша Кей

Сердце колотится, как сумасшедшее.

А киска начинает пульсировать сильнее.

Я робко склоняюсь к члену, на головке которого уже выступила капелька эякулята. Осторожно обхватываю пальцами толстый ствол, не зная толком, что нужно делать, и сдвигаю крайнюю плоть до конца.

Под пристальным взглядом Яра прижимаюсь губами к горячей плоти и замираю. Мускусный запах кружит голову.

— Эмма, ты сегодня зря молотила языком, пора сделать это с пользой, — требует Корельский.

Он убирает волосы от моего лица, чтобы ему лучше было видно, как я буду его ублажать, и, собрав пучок на затылке, надавливает ладонью.

Повинуясь властному жесту, я приоткрываю губы и впускаю в себя крепкий напряженный член. На секунду я представляю, как он так же проскальзывает в мое лоно, и дрожу, а гладкая головка уверенно прокладывает себе путь, надавливая на язык.

За секунду до того, как я начну давиться, она отступает, и снова возвращается.

— Смелее, Эмма. А то я не пойму, кто кого уговаривает.

Мне бы возмутиться, но сейчас я совсем не такая дерзкая, как на кухне или как в тот момент, когда дразнила раздеванием Яра.

И я подчиняюсь.

Под руководством руки Корельского, я осваиваю новую науку — минет.

Яр хочет, чтобы я сама… Он дает мне пару подсказок, но почти сразу включаются инстинкты, и вот я уже смело ласкаю языком уздечку, прослеживаю вену, втягиваю головку напряженными губами, следя за тем, как напрягаются мышцы живота.

Мой кулачок скользит по покрытому моей слюной стволу от вершины до жестких паховых волос.

Член слишком длинный, и я стараюсь не пропускать его далеко, но Яр не настроен позволить мне филонить.

Надавив на затылок чуть сильнее, он заходит мне в горло.

Дает привыкнуть и смириться и начинает пользовать мой ротик довольно жестко, но несмотря на легкий дискомфорт и нехватку кислорода, я чувствую, что между ног у меня уже так мокро, что смазкой покрыта внутренняя сторона бедра.

— Вот так, Эмма, — одобряет Корельский. — Я долго этого ждал.

Я поднимаю на него глаза.

— Так и быть, ты меня убедила.

Не знаю, в чем убедился Яр, у меня и в мыслях не было что-то ему доказывать.

Меня ведет желание вкусить то, чего я так долго была лишена. Я послушно подчиняюсь приказам Корельского, ощущая древнюю, как сама жизнь, потребность принадлежать. Только здесь и только сейчас. Я буду отстаивать свою независимость где угодно, но не в постели с Яром.

Он опытнее и уже доказал, что может доставить мне удовольствие.

Даже сейчас, когда Корельский наказывает меня, он не делает ничего, чтобы противоречило моим желаниям, лишь подталкивает переступить черту.

И то, что Яр почти незнакомец, лишь распаляет меня.

Потом я обязательно поругаю себя за распущенность, а в данную минуту меня намного больше волнует горящий взгляд Корельского, обещающий мне порочное продолжение.

Пока я могу притвориться, что моей ответственности в том, что происходит нет и отпустить вожжи.

Шероховатая ладонь неожиданно ласково поглаживает мою щеку и, спустившись на плечи, мягко толкает меня на спину. Я, как сквозь пелену, разглядываю крепкое матерое тело. Поджарое, мускулистое, покрытое бронзовым морским загаром, на котором отчетливо выделяет тонкий белый шрам, пересекающий левый бок.

Я хочу проследить его пальцами, он манит меня, но я отвлекаюсь, когда требовательные губы возвращаются ко мне, рассказывая, как я желанна, и все мысли опять вылетают из моей головы.