Книга Отказ не принимается, страница 109 – Саша Кей

По дороге домой нервно хихикая, как дурочка, я просто надеюсь, что вселенная подсластит пилюлю, и уменя будет дочь.

Заглянув в женскую консультацию, которая недалеко от нашего дома, узнаю, что на учет встать можно в любое время с момента, как подтверждена беременность.

Меня немного потряхивает, а осознание все не приходит, не говоря уже о принятии.

Дома долго стою перед зеркалом в прихожей, пытаясь разглядеть признаки грядущих изменений. До живота еще далеко, но ведь… это же перекроит всю мою жизнь, неужели совсем ничего во мне не изменилось?

Как это могло произойти со мной?

Как-как… Перед глазами всплывает воспоминание, как Воронцов несет меня на руках в спальню.

Бред. Не может быть.

Сколько я его знаю? Месяц? Даже меньше.

Боже. Я переплюнула Машку. Она хотя бы со своим Сергеем встречалась.

А я…

Да еще и заикрилась почти с первого раза. А может, и с первого!

Чертов Воронцов!

Нет-нет, это какая-то ошибка.

Но результат анализа лежит у меня в сумке, и никаких разночтений быть не может.

Голова словно ватой набита.

И что мне теперь делать?

Маме, наверно, надо сказать. Я ее так подвела… Я представляю, как она спрашивает, кто отец, и мне становится дурно. Нет, я еще и сама не смирилась, сначала надо как-то свыкнуться с этим самой.

Язвительный голосок в голове шепчет: «Чего тянуть-то? Оно, что, рассосется? Смиряется она».

Лицо горит, руки ледяные, коленки дрожат.

Я бормочу себе, как полоумная:

— Ну вот. Хотела дочку. Косички-заколочки… Радуйся, правда, может родиться сынок.

Виски давит, что я опускаюсь на многострадальный пуфик в коридоре, свидетеля стольких событий в этой квартире. Внезапно меня скручивает от невыносимой боли. Острая резь пронзает низ живота, и я в панике бегу в туалет.

Пугающее меня кровотечение, заставляет почти мгновенно расставить приоритеты.

Я не хочу потерять этого ребенка.

Он мой.

И я научусь его любить.

С подкатывающей истерикой, дрожащими пальцами набираю телефон той самой консультации. Врач дала мне телефон кабинета на всякий случай, когда увидела, в каком я шоке от новостей.

Заплетающимся от страха языком, я вываливаю на нее, что происходит, а она успокаивает меня:

— Мамочка, возьмите себя в руки. На вашем-то сроке это кровотечение — и есть подтверждение зачатия. Успокойтесь. И схватило вас тоже, небось на нервной почве. Если дискомфорт сохранится —звоните в скорую, но вообще вам бы валерьянки или ново-пассита и полежать.

Господи.

Меня трясет, но зато становится понятно, что ребенка я оставляю.

Решение принято, но оно автоматически несет с собой кучу проблем.

Краем глаза вижу, всплывшее на экране уведомление о сообщении от Воронцова.

И вот одна из них.

Должна ли я ему сказать? Теоретически он имеет право знать, ведь так?

Но мне сейчас и так страшно, не хватает только бояться его реакции.

Читаю: «Я возвращаюсь послезавтра. Что-нибудь привезти?»

В паническом состоянии я чуть не отвечаю, что мне ничего не нужно, и пропади ты вообще пропадом, Виктор Андреевич, но вовремя спохватываюсь.

Все эти дни я никак не поощряла его, но отвечала весьма ровно и сдержанно, полагая, что резкий отворот-поворот опять спровоцирует Виктора на активные действия. Встретив препятствие, он сразу начинает его крушить, поэтому я придерживалась мирного поведения.

Отписываюсь какой-то нейтральной белибердой.