Книга Дерзкая на десерт, страница 23 – Саша Кей

Мне предложили располагаться.

Это даже в моих интересах.

Вкусно поем, а с набитым животом меня не так просто совратить. Ничего не случится, если я останусь и узнаю, чем таким хочет меня подцепить один из лучших шеф-поваров страны.

Я смогу устоять.

А то, что я поддалась на его домогательства — это случайность.

Больше не повторится.

Прям точно.

Все это я обдумываю, глядя на то, как Козырев, высокий бокал и засыпав в него льда, мастерит мне коктейль.

Первым отправляется мартини. Я уже готовасморщить нос. Для меня слишком сладко. Но когда, Влад выжимает туда лайм, я опускаю пятую точку на стул. Это уже лучше. А вот в момент, когда, шипя и пенясь, струится шампанское, я немного нервничаю.

Что он там говорил? Напоить и поиметь?

Надо осторожнее с этой штукой. Пузырьки — вещь коварная.

Поставив передо мной эту прелесть, Козырев возвращается за готовку и закидывает сковороду-гриль на плиту.

Пфе… жареным меня не удивить.

Я с удовлетворением потягиваю коктейль. Вкусно.

Гад.

Ха! Я угадала.

На умасленную и посыпанную специями доску Влад выкладывает мяско.

— Стейк шатобриан из новозеландской говядины зернового откорма, — поясняет Козырев, заметив мою приподнятую бровь.

Ах, да. Он же король прожарки…

И тут же краснею, потому что в голове всплывают совсем не картины из его шоу, а неожиданные фантазии.

— Этим ты меня не проймешь, — фыркаю я.

— Мы наконец на «ты»? — ухмыляется он.

Вторая волна краски теплом заливает шею.

— Не торопись с выводами, Алла Георгиевна, — с этим словами он переворачивает на доске мясо, позволяя и второй стороне напитаться специями и солью.

Самодовольный павлин. Да я даже пробовать не буду!

Можно не раскладывать на белом плоском блюде рукколу. И вон та нежная стручковая тоненькая фасоль ни к чему. И бальзамический уксус.

Гарнировав тарелку, на которую я посматриваю со смешанным чувством, Козырев бросает на меня насмешливый взгляд.

А потом совершает гнусность.

Казалось бы, Влад просто перекладывает какое-то там мясо, чуть присыпанное солью и смазанное маслом, на сковородку, но…

В реальности все совсем по-другому.

Буквально через несколько секунд кухню заполняет умопомрачительный запах мяса. Прекрасного в своей первозданности. Ничего лишнего. Только аромат, заставляющий выделяться слюну.

Нервно отпиваю из бокала большой глоток, мысленно рассказывая себе, что и моя вареная куриная грудка тоже была ничего. Чтоб ей провалиться!

Но густой терпкий, чуть сладковатый пряный запах забивается в нос, и превращает меня в рабу. Щенячьим взглядом я смотрю на божество, застывшее с вилкой над сковородой в ожидании момента поворачивания.

Мне кажется, что вот, уже готово, надо перевернуть. Пахнет же так вкусно!

Даже лучше, чем первый весенний шашлык на природе среди проталин, но Козырев не торопится.

Будто дразня меня, он откладывает вилку, вынимает из миски несколько пузатых помидорок черри, рассекает их пополам и укладывает рядом с мясом. Кислая томатная нотка вторгается в симфонию простых ароматов, усиливая мое нетерпение.

И вот наконец, вторая сторона стейка с шипением приземляется на раскаленную сковороду.

Устав сглатывать слюну, я допиваю коктейль залпом, и колючие пузырьки шампанского лопаются во рту.

Ненавижу Козырева!

И градус моей ненависти растет, потому что, сняв масло с огня и переложив его вместе с подпаленными томатами на блюдо с овощами, Влад накрывает все листом фольги.