Книга Хозяин. Барин, страница 70 – Виктория Волкова

Но сейчас внутри кипят злость и ярость. За кого меня принимает Юра? За шмару, прыгающую по койкам? Я не такая.

Влетаю в ванную, захлопываю за собой дверь. Сажусь на пуфик около зеркала и прикрываю глаза.

Саша погиб в сентябре. А с Беляевым первый раз случился на ноябрьские праздники. Мы вместе в отделении дежурили. Отметили с коллегами в травме, а потом к себе в кардиологию вернулись. Никита меня сразу в пустую ординаторскую потянул… Там все и случилось на жестком диванчике.

Беляев еще мне под попу подушку подложил. А мне все равно было. Я еще в себя после Сашиной смерти не пришла.

Чувствовала, будто и меня рядом с ним в могилу положили. А Никита отогрел. Помог выкарабкаться. Может, за это я ему и благодарна была. И замуж пошла, и угодить старалась.

Любила или нет — не знаю. Но только благодаря ему смогла дальше жить. А Саша… Что Саша? Он и так всегда в моем сердце.

— Лида? — приоткрывает дверь Юра. — Можно? — спрашивает и одновременно входит.

— Что? — поворачиваюсь к нему.

— Прости, не хотел тебя обидеть, — голый Лютов подходит ко мне сзади. Кладет руки на плечи. А я, не отрываясь, смотрю на него в зеркало.

Мажу взглядом по накачанному бедру, потом по широким плечам.

— Прости, — склоняется надо мной Юра. Обхватывает грудь двумя руками. Целует в шею. — Проехали, Лид, — трется небритой щекой о мою щеку.

— Щекотно, — смеюсь я.

Ну как на него сердиться?

— Собирайся быстренько.За нарядом твоим съездим. Свадьба через три часа, а ты у меня не готова.

— Я и не должна быть краше всех, — фыркаю небрежно. — Не хочу затмить невесту.

— Да ее, лошадь тощую, кто угодно затмит. Даже баба Тая, — роняет невесело.

— Не говори так, — поворачиваюсь к Лютову. Снова попадаю в капкан его рук. Снова целуемся, словно десять лет не виделись. И отлипаем друг от друга, когда к нам в спальню врывается Анечка.

— Мамовка, ты здесь?

— Выйди к ней, — подталкивает меня к двери Лютов. — Спаси от этой звезды.

И клянусь, я впервые вижу его таким растерянным.

— Поедем на Харлее, — беру за руку Лиду после завтрака. — Так быстрее, — поясняю мимоходом.

Быстрее, конечно. Но мне вставляет, когда моя милая сидит позади меня и прижимается всем телом. От ключиц до матильды. Завожусь нереально. От скорости, которую выжимаю из байка. От нашей близости с Лидой. Хоть ненадолго, но мы с ней становимся единым целым.

Стоит только подумать, как крышу сносит.

Девочка моя. Скромная. Тихая. Платье к свадьбе я хотел ей брендовое купить. Так нет же! Заказала сама у модистки в Мокшанке. Ей, видите ли, баба Тая посоветовала. Денег мне сэкономила. Смешная такая.

Торможу около знакомого чистенького беленого домика. Помогаю Лиде спуститься с байка. Провожаю до калитки.

Тонкий пальчик со свежим маникюром ложится на кнопку звонка. Стою рядом как пришпиленный и неожиданно предлагаю.

— Я останусь? Посмотрю на тебя. Или ты сюрприз мне готовишь?

Мысленно прикидываю время. Если сейчас мне что-то не понравится, успеем привезти из города. Три часа в запасе. Доплачу, конечно.

— Никаких сюрпризов, — пожимает плечами Лида. Заправляет за ухо русую прядь. — Я же не невеста. А если не понравится, сам пойдешь на свадьбу. Я останусь дома.

Ага. Сейчас! Так я тебе и позволю.

Морщу нос.

Калитка открывается. Мать моего приятеля Дани Стрепетова приглашает нас в дом.