Книга Телохранитель Генсека. Том 5, страница 108 – Петр Алмазный, Анджей Б., Юрий Шиляев

«Юрий Владимирович потребовал от меня сохранения абсолютной секретности и, как я понял, документы были нужны ему для личного пользования. В цели товарища Андропова я не посвящен и его намерений в отношении скопированных мной документов я не знаю… а дальше что?.. Они устроят обыск. В квартире у меня только копии за последний месяц. Ведь чувствовал, что надо увезти, чувствовал же! Эх, жаль не получилось поехать. На даче они никогда не найдут тайников. Так что мне придется отчитаться и ответить только за те тетради, что в квартире. Отлично!», — здесь он улыбнулся, быстро закончил объяснительную и протянул ее мне.

Я взял, внимательно прочел.

— Василий Никитич, пожалуйста, напишите, когда Юрий Владимирович поручил вам снять копии с особо секретных документов и на протяжении какого времени вы это делали. Дальше укажите, какое количество документов вы скопировали, а также место их последующего хранения. — попросил задержанного.

Митрохин презрительно скривил губы:

— Список документов, с которых сняты копии, тоже предоставить? Я могу прямо сейчас перечислить их все — буквально каждую бумажку. Юрий Владимирович дал мне четкую инструкцию того, какие документы ему нужны. — Митрохин окончательно расслабился, не осталось и следа недавней истерики.

— На случай смерти Андропова вам тоже были даны четкие инструкции? — я задал закономерный вопрос.

— Да, очень четкие. Юрий Владимирович приказал, чтобы в случае его смерти, все скопированные документы были переданы Бобкову Филиппу Денисовичу, — тут же без запинки ответил Митрохин.

— Бобков уже долгое время находится в коме, — напомнил ему.

— Вы абсолютно правы, — кивнул Митрохин, не прекращая писать.

«На случай невозможности передачи копий Бобкову, Юрий Владимирович распорядился обратиться к… К кому из?.. Если уж бить, то на смерть…», — подумал Митрохин и вывел в объяснительной фамилию и должность человека, который якобы передавал ему приказы сначала Андропова, потом от Бобкова — и до того, как один умер, а второго хватил удар, и после этих прискорбных событий.

«Хитрая бестия», — подумал я, прежде чем сказать:

— Поставьте дату и подпись. До выяснения обстоятельств вы будете задержаны.

Даниил встал, положил перед Митрохиным протокол допроса.

— Прочтите, напишите «с моих слов записано верно, объяснительная, написанная мной собственноручно, прилагается», поставьте дату и подпись, — буднично произнес Даня.

Задержанный медленно и внимательно прочел протокол. Видимо на автомате поставил несколько запятых, которые пропустил мой сотрудник и неодобрительно глянув на Даню, произнес:

— Вам бы над пунктуацией поработать, молодой человек.

Наконец, подписал протокол, отбросил авторучку на стол и с вызовом посмотрел на меня. Я нажал кнопку, дверь открылась, в кабинет вошел прапорщик. Митрохина увели в камеру предварительного задержания. Я быстро вышел следом.

Решил пока не докладывать о чрезвычайном происшествии ни Удилову, ни, тем более, Цвигуну. То, как Митрохин попытался вывернуться из почти захлопнувшейся мышеловки, требовалось обдумать. Ситуация обострилась из-за его бессовестной лжи — действовать нужно быстро. И, в первую очередь, не затягивать с обыском на квартире Митрохина.

При обыске в обязательном порядке должен присутствовать следователь прокуратуры. Без него проводить следственные действия в отношении Митрохина мы не имели права. Любой дотошный адвокат в суде легко повернет такое нарушение в пользу своего клиента.