Онлайн книга «Одинаковые. Том 5. Атлантида»
|
— Балластные цистерны заполняются и осушаются вручную. Поворотные стабилизаторы позволяют менять курс. — рассказывал нам Алексей Николаевич. Хоть мы и присутствовали практически на всех этапах строительства, участвовали в проработке многих узлов, тем не менее сейчас видеть вживую конечный результат проделанной работы было волнительно. Процесс спуска выглядел впечатляюще: сначала аппарат подвешивали к грузовой стреле, затем медленно опускали в воду. Когда корпус полностью погружался, начиналось заполнение балластных цистерн. Мы провели тестирование спуска «Нептуна» в бухте, а затем наше судно двинулось к намеченной точке погружения — примерно в пятнадцати морских милях от Кронштадта. Погода выдалась на удивление ясной для апрельского дня, но вода оставалась ледяной, как всегда в это время на Балтийском море. — Система аварийного всплытия, — продолжил Крылов, — работает следующим образом: в случае нештатной ситуации активируется механизм сброса балласта через специальные клапаны. Мы с Никитой облачились в шерстяные костюмы и заняли места в аппарате. Крылов присоединился к нам и провёл последнюю проверку систем. — Будем погружаться на 250 метров, пока все работает в штатном режиме. — сказал он и перекрестился. — Давление в норме, герметичность обеспечена. — Расскажите, пожалуйста, Алексей Николаевич, про систему жизнеобеспечения ещё раз, — попросил я. — Конечно, мы всё это прорабатывали совместно, но хочется из уст руководителя проекта услышать об итоговом варианте. — Ну что ж! Как и было оговорено, мы установили баллоны со сжатым воздухом и химические поглотители углекислоты. Их ресурса должно хватить на шесть часов для трёх человек, — отчеканил профессор. Он подал сигнал, и начался процесс погружения. Сначала медленно, затем скорость увеличилась. Давление нарастало, а за бортом в иллюминаторах сгущалась темнота. — Контролируете глубину? — уточнил Никита. — Да, вот можете смотреть на механический глубиномер. Точность не идеальная, но достаточная в нашем случае. На отметке 150 метров произошло то, чего никто не ожидал. Раздался резкий металлический скрежет, и один из иллюминаторов начал деформироваться под давлением воды. Похоже система стабилизации дала сбой. — Твою ж м…! Аварийная ситуация! Начинаю попытки восстановить контроль! — проговорил Крылов. Батискаф стал крениться на бок. Давление на корпус возросло до критической отметки. В наших глазах с братом читался немой вопрос: «Что теперь?» — Что с системой? — спросил Никита у Крылова. — Наблюдается сбой в работе стабилизаторов. Пытаюсь активировать резервные механизмы! — процедил он. — Но они тоже не откликаются. Управление заклинило. Судно-матка наверху пыталось подать сигнал, но связи с ним не было. Мы оказались в ловушке — на глубине, где каждый метр мог стать последним. Давление продолжало расти. Металл корпуса стонал под напором воды. В какой-то момент показалось, что ещё мгновение — и батискаф раздавит к чёртовой матери, как яичную скорлупу. Лёха, оставшийся на поверхности нашей единственной связью, принял командование на судне-матке и судорожно искал способ помочь нам. — Есть возможность аварийного всплытия? — спросил я Крылова. — Система заблокирована. Пытаюсь вручную открыть клапаны сброса… И в этот момент раздался мерзкий скрежет. Корпус батискафа не выдержал давления, и во всё увеличивающуюся щель стала поступать холодная балтийская вода… |