Книга Одинаковые. Том 6. Революция, страница 97 – Сергей Насоновский, Петр Алмазный

Никита, прижавшись к стене, медленно снял со стола тяжелый медный подсвечник. Один из бандитов шагнул к Сталину и грубо дернул его за плечо:

— Живо!

В этот самый момент Никита метнул подсвечник. Тяжелый предмет описал дугу и врезался прямо в затылок налетчика, державшего на прицеле маму с сестрами. Раздался выстрел — тот, получив по голове, инстинктивно нажал на спуск, но от удара его развернуло, и сноп картечи врезался в стену.

Леха на вскидку выстрелил в схватившего Иосифа налетчика. Три пули вошли в тело, не оставив тому ни единого шанса. Я почти одновременно разрядил магазин своего ПР-92 в третьего. Мы с братьями действовали синхронно — и только благодаря этому налетчики не успели среагировать. Все было на грани, особенно с той картечью, но хвала Господу — обошлось.

Все произошло так быстро, что гости даже не успели среагировать. На пол никто не лег — кроме Томских. Видимо, у Андрея Михайловича инстинкт самосохранения работает лучше всех.

Отличился и Иосиф. Еще до того, как Никита нашпиговал свинцом схватившего его бандита, он успел ударить противника по горлу. Конечно, это уже ничего не решало, но сам факт говорит о многом.

Тишину разорвал истошный женский крик — кричала Машка, увидевшая кровь. В итоге мы имели одного мертвого и двух без сознания. Я стоял, тяжело дыша, глядя на разгромленную комнату, на перепуганных гостей и на тритела на полу. Один готов, двое ранены. Праздник эти уроды нам испортили окончательно.

Феликс, бледный, подошел ко мне:

— Они знали, где и когда нападать. Это не случайность. Похоже, выследили, все точно спланировали, уроды. Надо еще выяснить, как проникли на территорию. Охрана хоть и не многочисленная, но ребята здесь стоят серьезные.

— Вопрос в том, — тихо сказал Иосиф, — кого они хотели забрать? Меня?.. Или кого-то из вас?..

Хлопок двери заставил всех нас вздрогнуть. Это Коля Семенов и его люди выносили раненых бандитов для допроса. Уже в коридоре один из них пришел в сознание и застонал.

Допрос раненых начался сразу, как только Коля Семенов и его ребята привели их в чувство. Мы с братьями и Феликсом вошли в хозяйственную постройку во дворе дома, куда приволокли того, кто был поменьше ростом. Он сидел, скривившись от боли в простреленном плече, и злобно смотрел на нас.

— Кто нанял? — спросил я без предисловий.

— Черт вас дери, жидовская морда, — прошипел он.

Леха, не говоря ни слова, резко надавил большим пальцем на рану — тот в голос заорал от боли.

— Повторяю вопрос: кто нанял?

Сопротивляться дальше у него не было сил. Он выдохнул:

— Офицерское братство… «Белая сталь»… Нас осталось мало… Семьи в Европе… Пообещали за грузина этого — пятьдесят тысяч франков. Если доставим живым — сто.

Я переглянулся с Феликсом — все сходилось. Обычная месть обозленных аристократов, смешанная с жаждой наживы.

— А как вы прошли через охрану? — вступил в допрос Никита.

— У нас… свой человек был. Месяц назад устроился к вам. Сегодня в чай снотворное подсыпал тем, кого смог, остальных… вырубил поодиночке.

Вот так вот, выходит, чувствовать себя в полной безопасности мы не могли даже в собственном доме. Предатель оказался у самого порога.

Я вышел во двор, вдохнул прохладный осенний воздух. Ветер гнал по гравию обрывки бумаги, пахло гарью и порохом. Стояла тишина, будто несколько мгновений назад не здесь стреляли. Издалека доносились приглушенные команды Семенова — он расставлял караулы по периметру.