Онлайн книга «Товарищи ученые»
|
— Ой, ребята! Какое спасибо вам от меня! Необыкновенное! Никогда не понимал сильнейшего волнения женской души, вызываемого растительным подарком — но факт есть факт. — Проходите, — возбужденно затараторила хозяйка, — проходите… А цветы я сейчас в вазу. Мара! Мара! Помоги, пожалуйста! Иркина «двушка» была полным-полна народу, знакомого и полузнакомого. Внезапно я увидал бас-гитариста из «Большого взрыва», того самого, о котором недавно говорил Фрэнк. Сам он, конечно, тоже был здесь. И Жора с Яром уже тут как тут. На кухне топталась туповатая бухгалтерша Марина, которую Ирка запросто называла «Марой». — Макс! — махнул мне рукой Саша. — Идем! Мы тут! Прокричал он это радостно-возбужденно. Вообще атмосфера вся была такая приподнятая, и я странным образом ощутил сходство с описанием светского приема в классических романах. Гости разбились на кучки по интересам по три-четыре человека, образовав множество кружков — ну точь-в-точь светский раут с поправкой на тесноту хрущевки-двушки. Очень довольная, хозяйка поставила цветы в хрустальную вазу и постаралась перекрикнуть многоголосие: — Дорогие гости! Прошу внимания! Давайте послушаем сначала нашего музыканта, а потом… Потом что? — Потом другую музыку, — снисходительно усмехнулся басист. Это был высокий стройный молодой человек располагающей внешности, с приятными, можно сказать, изысканными манерами. Я мысленно поймал его на том, что он — осознанно ли, неосознанно — подражает в повадках Косте Федорову. Столичный денди успел вселить в местную молодежь мажорские повадки. Случайно мой взгляд пересекся со взглядом Ярослава, я угадал в его глазах едкую насмешливость. Не почудилось! Меж тем музыкант, сопровождая речь вальяжными жестами, как бы свысока поведал собравшимся о том, что собирается осчастливить данное избранное общество новейшими магнитофонными записями Владимира Высоцкого. Дело вроде бы не сложное, но говорил выступающийнарочито туманно, наводил тень на плетень. Это малость раздражало, так и хотелось ляпнуть: да не мути ты воду, говори ясно!.. Я, впрочем, быстро понял, что речь идет о знаменитом Парижском концерте Высоцкого. Вернее, не концерте, а студийной записи, сделанной летом 1977 года на студии «Полидор» по инициативе Марины Влади. Она лично организовала это действо, где неповторимый голос Владимира Семеновича звучит не под его обычный гитарный бой, а в сопровождении полноценного и очень неплохого оркестра. Конечно, в более поздние годы «Парижская запись» широко разошлась по миру, но тогда, летом 1978 года она была, конечно, в новинку. И знакомство с ней могло породить во многих головах мысль о причастности к элитарному кругу. В частности, у собравшихся. Так что психологически бас-гитарист, он же сотрудник одной из лабораторий четвертого корпуса, был прав. Слушали его благоговейно. А он упивался всеобщим вниманием. Георгий разлил по рюмкам коньяк, произнеся вполголоса: — Ну, давайте! За Владимира Сэмэновича! Очень его уважаю! Никто не возражал. Чокнулись, выпили. И зазвучали первые аккорды. Слушали зачарованно. Песни в магнитофонной записи звучали одна за одной практически без разрыва — и качество было неплохим. Пленка новенькая, незаезженная. Может быть, даже первый прогон. Народ, если и переговаривался, то даже не шепотом, а микрошепотом, друг другу на ухо. Выпивать — выпивали, чрезвычайно культурно, даже с крепкими напитками обходились благородно. Хотя в основном употребляли самые разные вина. |