Онлайн книга «Гасконец. Том 1. Фландрия»
|
— Коньяка же нет… — грустно ответил Планше, принимая от де Порто ещё одну кружку и опрокидывая в себя её содержимое. — Вот теперь совсем хорошо, месье Ожье! Я мог только во второй раз вздохнуть и показать рукой на ирландца. Уже через минуту, пришедший в себя Планше наконец-то закончил связывать О’Нила. Судя по виду ирландца, он уже был готов петь народные песни. Не в знак протеста, а исключительно из вредности. Чтобы помешать другим спать. Поскольку это могло привести его к случайно смерти, а я очень не хотел терять не полученные еще даже деньги, я сказал: — Отдохните, месье О’Нил. Завтра нам идти в Лилль. Будете хорошо себя вести, я возьму вашего приятеля Роджера. — Я постарел, щенок, — устало ответил О’Нил. Мне стало жаль его, и я помог ему добраться до скамейки, где уже спали остальные пленники. — Надо было помереть с честью, когда было тридцать. Я только сейчас смог разглядеть несколько седых прядей, спрятавшихся в рыжей шевелюре. Но даже так, О’Нил совсем не походил на пятидесятилетнего человека. Я только пожал плечами. — Может быть Бог тебя хранит, чтобы ты мог помереть на родине? — спросил я. — Возможно и так… — ответил ирландец, соглашаясь. Упоминание слова «Родина» сжало мне сердце. — А ты не знаешь, что сейчас творится в… — я осекся, так и не закончив фразу. Как правильно сказать, чтоб он понял? Московия? Или лучше Царство Российское? Спрашивать у него сейчас про Россию не было смысла. До меня только в этот момент дошло, насколько же я далеко от дома. Но меня наконец-то отпустил кураж боя, и оставшись наедине со своими мыслями, я вдруг подумал: «А насколько это вообще правильно, что я тут помогаю французам, а не мчусь домой?». С другой стороны, как много «дома» в России семнадцатого века? Впрочем, мне всё равно нужно было вернуться туда. Может быть не сразу, сперва закончить с делами здесь,во Фландрии. Но обязательно вернуться. Нужно было что-то придумать, а в голову вообще ничего не лезло. Я вышел из трактира, предварительно поинтересовавшись у клевавшего носом Планше, где его знакомый коновал. Ночь была тихой и звездной. Походных костров совсем не было, оно и понятно: почти все перебрались за городские стены и гуляли там. Я добрался до старой конюшни, находившейся в сотне метров от трактира. В одном из окон горела свеча. Я вошел внутрь, обнаружив с десяток раненых, мирно спящих на соломе. Сирано де Бержерак был среди них и дышал ровно. Не знаю почему, но мне не хотелось спать в трактире. Будто бы веселье как-то сошло на нет, и моё место было здесь. Я улегся на солому, положив под голову руки и успел подумать лишь об одном. Смогут ли меня похоронить на родине? * * * Утром Сирано де Бержерак, едва стоящий на ногах и перевязанный, клялся, что без него мне не выжить по дороге в Лилль. Если честно, я не слишком долго спорил. Носатый был приятным парнем, так что я, сперва посоветовавшись с цирюльником, посадил его на лошадь. Де Порто вывел О’Нила и бугая Роджера. Впрочем, в сравнении с де Порто, тот казался всего лишь немного высоким. Настоящей глыбой был Исаак Исаакович. Да, на прощанье, де Порто даже представился мне по-человечески. Впрочем, мне бы никогда в голову не пришлось звать его Исааком, если бы дело не касалось какой-нибудь шутки или каламбура. Де Порто звучало слишком органично, по отношению к этому весёлому здоровяку. |