Книга Гасконец. Том 1. Фландрия, страница 1 – Петр Алмазный, Михаил Кулешов

Я не понял, откуда взялись люди в масках. Угрожая стволами, положили всех на пол лицом вниз.

До сих пор не уверен, что правильно сделал, «включив героя». Но не мог же я, нормальный мужик, спокойно лежать, когда рядом плачут испуганные женщины⁈

Но жизнь — жестокая штука. Как только я дернулся — схлопотал пулю.

Грудную клетку пронзила острая боль. А потом свет померк…

Прошло неизвестно сколько времени.

С трудом открыв глаза, я увидел над собой чистое ясное небо.

Уверен был, что после смерти попаду в Ад, но, похоже, бог милостив — меня все-таки отправили в Рай. Такое небо бывает только в раю…

Однако в следующую секунду я уже усомнился в этом предположении. Меня кто-то тряс за плечи и причитал противным голосом:

— Месье, месье! Очнитесь! Вы живы?

Резко заболела голова. Но разве мертвецы на том свете чувствуют боль? Сильно в этом сомневаюсь. А получается, я все еще жив, просто нахожусь хрен знает где.

Дотронулся рукой до гудящей головы — и снова удивился. И не тому, что нащупал там рану и измазал пальцы в крови — здесь как раз-таки не было ничего удивительного. Странно было то, что на моей обычно выбритой голове росла солидная копна длинных густых волос. Чтоб отрастить такое «сокровище» потребовалось бы несколько лет, но не мог же я столько проваляться в коме. А может и не валялся, просто у меня хроническая амнезия, провалы в памяти, вечный «день сурка»?

— Черт возьми, что… — попытался сказать я, но во рту было слишком солено от крови. А затем я снова услышал выстрелы, но в этот раз их было куда больше и звучали они намного громче. Небо заволок серый густой дым.

— Вы живы, месье Ожье! — услышал я радостный вопль, а потом кто-то подхватил меня за плечи и потащил в сторону.

Я видел насыпь, точнее, несколько насыпей, одна выше другой. Видел дрянные деревянные укрепления, в лучшем случае способные остановить школьника с рогаткой. А еще я видел людей в очень странной одежде. Когда мимо проскакал мужик на коне, я понял, что дело нечисто.

Меня оттащили за земляной вал, усадили и протянули флягу. С трудом подняв руки, я схватился за флягу и сделал несколько жадных глотков. Вино! Я продолжил пить, стараясь хоть немного прийти в себя. Передо мной, прямо на земле, сидел лысенький мужчина, лет сорока. Он улыбался,без смущения демонстрируя немногочисленные передние зубы.

— Вам лучше, месье Ожье? — спросил он, и я вдруг понял, что мужик говорит по-французски. Хуже того, я его прекрасно понимаю!

— Да, спасибо, — ответил я тоже по-французски, сделал ещё один глоток вина и только после этого передал флягу обратно. Рядом кто-то закричал и снова прозвучала череда выстрелов. От порохового дыма очень хотелось чихнуть.

— Ты кто такой?

— Месье ранило в голову… — очень грустно заявил мужичок. — Вы забыли своего верного слугу Планше? Планше следует за вами из самой Гаскони!

«Знакомое слово, Гасконь», — подумал я в тот момент.

— Славно, Планше, — я качнул головой, ожидая что весь мир начнет гудеть, как обычно бывает после сотрясения. Однако, напротив, я начинал чувствовать себя все лучше и лучше. Помню, когда меня в семнадцать лет гопники битой по голове огрели, было сложнее. Хотя может быть адреналин ещё не сошёл.

— А не напомнишь, как меня зовут и где я?

— Месье… — Планше, казалось, сейчас расплачется. Он сам отпил из фляги, убрал её за пояс, и почти нараспев произнес: