Онлайн книга «Шурик 1970. Том 2»
|
Это что? Чья-то шутка? Глупый розыгрыш? Шурик — преступник?! Но это уже явный перебор! И ведь что интересно, только что два разомлевших мента, отдыхавших под пляжным зонтиком около мотоцикла с коляской у входа в райотдел милиции казались мне просто характерными деталями расслабляющего пейзажа курортного городка. И вот я уже прячу глаза, боюсь посмотреть в их сторону. — Шурик, что с тобой? Что-то случилось? — даже Зина заметила изменение в моем состоянии. Она как раз вернулась с рынка с сумкой, полной разной курортной дребедени. Зашла, как говорится, глянуть одним глазком. — Перегрелся на солнце, — ответил я, увлек Зину от опасного стенда и запросился домой, в санаторий. Недопитый квас вылил в какой-то вечнозеленый куст. Зина понимающе кивнула и увенчала мою голову только что купленной «капитанской фуражкой» с кокардой в виде краба. После прогулки залечь в номере мне не удалось, Зина вдруг забыла о своих заболеваниях и опять потащила на пляж. Загорали, купались. А я все думал об том загадочном объявлении о розыске. На ужине к нашему столику подошел какой-то пузатый дядька с огромным букетом хризантем. К тому, что Зину, действительно, постоянно осаждают поклонники я, кажется, стал уже привыкать. Ей то и дело приходилось давать автографы и выслушивать восторженные признания. Большей частью от дам среднего и преклонного возраста. Но врываться в столовую — это уже перебор! Я хотел строгим голосом предложить дядьке подождать за дверью учреждения общепита, но тот уже вручил букет супруге, осыпал Зинаиду комплиментами и стал уговаривать… выступить в кинотеатре. Оказалось — директор местного кинотеатра «Восход». Он сообщил, что у них завтра вечером в девять — премьера. Новый отечественный фильм «Белое солнце пустыни». И он очень попросил Зину перед премьерой выступить, ибо… — Почти вестерн! Настоящий боевик, — сообщил директор тоном заговорщика, наклонившись к нам. — Да, артисты не очень известные, но снимался сам СпартакМишулин! А вы ведь хорошо знаете Спартака Мишулина, Зинаида Аркадьевна! У него там почти главная роль. Говорят, и вам там предлагали сниматься… Я посмотрел на Зину. Фигасе! Ей что, реально предлагали сниматься в этом хитяре? Но я ее там не помню. Она что, отказалась? — Ну да, предлагали, — сказала Зина директору холодно и, как мне показалось, недовольно. — Но я была очень занята в других картинах и в спектаклях. — Жаль, очень жаль, — сказал толстяк, прижав руку к груди. — Вы бы очень украсили этот прекрасный фильм. Я ваш давний поклонник. Мне вас сам бог послал! Ну что, Зинаида Аркадьевна, могу я завтра надеяться на вас? Обязательно с супругом. По гроб жизни буду обязан. Я был уверен, что Зина откажется. Ведь сколько раз она уже говорила, что безумно устала от этого «бремени популярности» и мечтает только о спокойном отдыхе, «как у всех», но… — Ну ладно, — с улыбкой сказала Зина. — Чего не сделаешь ради любимого зрителя. Толстяк радостно заблеял, даже пообещал машину за нами прислать, а сам побежал «заказывать новые афиши». Но уже от дверей столовой вернулся, прижал пухлую ладонь к груди, сказал: — Зинаида Аркадьевна! Вы даже не представляете, какую услугу мне оказываете! Позвольте же и мне сделать вам приятное. Ночная рыбалка, а? Сегодня ночью, на катере с прогулкой вдоль побережья. Наш катер к вашим услугам. Напитки и угощения — все только для вас! И не вздумайте отказываться. Гурейко этого не переживет! |