Книга Шурик 1970. Том 2, страница 22 – Петр Алмазный, Юрий Манов

— Гурейко? Это кто? — переспросила Зина.

— Гурейко — это я, — признался директор.

Мы с Зиной рассмеялись и переглянулись. Ночная рыбалка у нее в списке значилась в предпоследнюю ночь. Но раз сами предлагают, да еще так радушно и бесплатно!

— Только у нас завтра экскурсия на Рицу, — засомневалась Зина.

— Ну и отлично! — почему-то обрадовался Гурейко. — Вот в дороге и выспитесь!

— Ну хорошо, — согласилась Зина. — Пусть будет рыбалка-прогулка. Куда и во сколько нам подойти?

— Никуда приходить не надо, — замахал ручками директор. — Алик сам за вами заедет и сам отвезет на место. В десять, идет?

— Слушай, тебе действительно предлагали сниматься в «Белом солнце пустыни»? — спросил я, когда ретивый кинодиректор, наконец, удалился.

— Ой, да ну их, —махнула рукой Зина. — Режиссер — Мотыль, так себе. Снимал чего-то про горы и всего одну хорошую ленту про войну. С Олежкой Далем. И все! А эту вообще в Дагестане снимали. Представляешь?! У этих ужасных нефтяных цистерн. Артистов набрал — одних придурков! Сплошь пьянь, дерутся постоянно. Юматов, тот вообще не просыхал.

— Да вроде нет в этом фильме Юматова, — возразил я, вспомнив отчаянного мужика в красных революционных шароварах из «Офицеров».

— Точно, нету! Его за пьянку в милицию забрали и другого артиста пригласили, — вспомнила Зина и подозрительно прищурилась. — А ты откуда знаешь?

— В «Советском экране» случайно прочитал, — соврал я.

— А, напишут они… Представляешь, мне предложили сыграть в эпизоде третью жену какого-то Абдуллы. Мне! Третью жену! Даже не вторую — третью. Тоже мне, нашли женщину Востока. Да еще в эпизоде! Я даже сценарий смотреть не стала. Да и фильмец, наверняка, так себе, проходной. По второй категории пойдет. Вряд ли кассу сделает. Вот директор за план и переживает.

Я ухмыльнулся, вспомнив всенародный успех этого любимого фильма советских и российских космонавтов. Так что, завтра премьера? Зину ждет приятный сюрприз. Я хоть и не космонавт, но тоже с удовольствием посмотрю «Белое солнце пустыни» в какой-то там по счету раз.

— Завтра вечером, значит, — задумчиво сказала Зина. — Это мы как раз с Рицы вернемся. Только, Тимофеев, давай сразу договоримся — ни капли! Сколько бы ни уговаривали. Выпьешь хоть стакан, я тебя по горам отлавливать не буду. Чемодан сразу собираю, и на самолет. Договорились?

Да, видимо серьезно Шурик накосячил, раз Зина так боится и переживает. Ну и ладно, в жизни трезвенника точно есть свои преимущества! И я поклялся, что «ни грамма». А сам подумал, может быть, портрет на стенде у милиции с тех пор остался, когда Шурик в свой алкомарафон отправился еще в «Кавказской пленнице». Ну и начудил так, что память в поколениях осталась, и на милицейском стенде. Но нет, листок с объявлением вроде был совсем свежий, к тому же там же ясно было написано: «Подозревается в вооруженном грабеже».А какой из Шурика грабитель?

— Ну что, пойдем готовиться к рыбалке, — предложила Зина, вставая из-за стола. И пошла на выход. Вся такая прекрасная, в коротком платьице — тунике, с букетом хризантемв руках она выглядела античной богиней, зашедшей перекусить амброзией в санаторскую столовку.

Наш сосед Леонид, хоть и сидел за столиками с двумя «краснокожими» дамами, приятными во всех отношениях, из прошлого заезда, посмотрел на Зину, причмокнул губами и восторженно зажмурился.