Онлайн книга «Стратагема несгораемой пешки»
|
Когда он был маленьким и носил совсем другое имя, мама читала ему европейские народные сказки. В том числе о страшном зубастом народце — ужасных ограх-людоедах. Волосатые, вонючие и тупые огры жили в пещерах, охотясь на маленьких детей или домашних животных. Они волокли свою добычу в жуткое логово; там вся семья чудовищ рвала жертву на куски, выгрызая самое вкусное, а остальное бросала прямо на пол. Оттого пещеры огров были ужасны и усыпаны костями, от которых исходил ужасный запах. Когда Эджиде «Аметист» Дрейфус вошел в центральный зал восточного купола, ему примерещилось, что пенс попал в пещеру к одному из таких монстров… Нет, на полу не валялось костей… не пахло человечиной… а в клетках не плакали маленькие пленники. Но сходство, тем не менее, присутствовало… За пять неполных дней, проведенных пенетратором на станции, пол покрылся ровным слоем полупустых банок, пакетов, упаковок и бутылок. Виднелись этикетки тушенки, шоколада, бобов, каш, сушеных фруктов, соков, чипсов и сухих завтраков. На полу, столах и даже мониторах поблескивали потекикофе и других напитков; на полках притаились пустые капсулы и ингаляторы из-под нейростимов и наркопыли; пирамидами громоздились грязные стаканы и тарелки, одноразовая использованная посуда была лихо побросана в один угол. Зачастую с остатками пищи. А еще в комнате пахло так, словно в ней не только поглощали пищу, но и производили совершенно противоположные процедуры… Посреди мусорной пустыни, словно памятник современной цивилизации, застыл багажный робот с разряженными аккумуляторами. Теплая верхняя одежда, в которой пешка Доппельгангера прибыл на «Шальтер Лакс», была комом сложена на одном из кресел. Многочисленные терминалы пестрели графиками и таблицами синхронизаций. — Спящая, твою мать, красавица… — растянул бескровные губы Байн. Сухой, будто мумия, почти полностью обнаженный Гармоник лежал в удобном кресле, разложенном почти до состояния кровати. Провода, датчики и сенсоры плотно облепили лицо и голову, тянулись к стационарным терминалам от запястий, впалой груди и даже тощих бледных ног. С первого взгляда было сложно сказать, какую аугметику гик носит постоянно, а какая является частью подключенных извне приборов. Шею спящего охватывал массивный ошейник вживленного корсетного биотерминала. Широченные очки-маска скрывали не только имплантированные окуляры неохума, но и высокий лоб. Единственным ярким пятном оставалась татуировка — будто мужчина просто уснул, а в этот момент к его щеке присосалось мерзкое насекомое. Тело пенетратора редко подрагивало. Как у собаки, во сне гоняющей зайцев. Чуть заметно изгибалось на эргономичном ложе, тряслось и сокращалось. Бледная грудь мерно приподнималась и опускалась под побегами проводов и трубок, заставляя зеленую молнию на экране медицинского монитора подпрыгивать в такт. Тонкие пальцы, увенчанные кольцами и полуперчатками управления, вяло шевелились. Словно у утопленника, угодившего в подводное течение… Пенетратор Данста находился очень далеко. Много дальше космических просторов. В тягучих недрах пространства, так до конца и не освоенного людьми… — Нейроспатиум, — со знанием дела констатировал Леандро, откидывая капюшон парки. — Вот это, — он обвел ближайшие терминалы рукой, — оборудование нейропсихологической коррекции сознания. Полного погружения в инфоспатиум. Увлечение дорогое и небезопасное,но в разы повышающее эффективность пенетраторов. Не думал, что шавка Данста умеет прыгать на такую высоту. Да еще без супервизора… |