Книга Беда опера Тихого, или Женюсь на тебе, рыжая, страница 87 – Ульяна Романова

В спальне не нашел, а обнаружил на кухне, спокойно моющей посуду.

— Вот неугомонная, — покачал я головой, — тебе доктор что сказал? Лежать, отдыхать, приходить в себя.

— А мы уже играем в доктора и пациента? — захлопала она ресничками.

— В тирана и послушную принцессу, — подумав, поправил я.

— Чур, я тиран! — заливисто засмеялась Серафима.

— Договорились. Но продвигать диктатуру удобнее в постели, я тебе как опытный говорю!

— Да? Ладно, пойдем проверим, — с улыбкой согласилась рыжая.

Взяла меня за руку и повела к постели.

Но лежать без дела Хиросиме не позволяла атомная энергия, которая била из нее ключом. Я поотвлекал ее поцелуями, но надолго этого не хватило. Включил фильм фоном, но он ее не заинтересовал.

Серафима немного подумала, а потом предложила нам… Если бы меня кто-то предупредил о ее фантазии и наших с ней импровизированных ролевых играх, я бы… Согласился, конечно.

Господа, в стане подкаблучников сегодня обнаружилось пополнение! В конце концов, мне несложно, а ей было очень весело лепить мне на лицо какую-то маску с мордой панды. Себе-то она льва выбрала, потому что он ей под цвет волос подходил, а меня окрестила пандой и заставила ходить с этой маской ровно пятнадцать минут.

Назвала она этот издевательский ритуал «спа»! И клялась, что маски взяла не специально, просто в сумочке давно лежали, а она про них забыла, но сегодня вспомнила.

Потом она же сгоняла за своим мобильным, и мы сделали с ней несколько совместных фото в этих масках.

Я покорно делал все, что она просила, и понимал, что мне это нравилось. Просто провести с ней вместе целый день. Просто обниматься, лежа на кровати, дурачиться в масках, фотографироваться, болтать обо всем и устроить легкий бой подушками.

Я залипал на ее улыбке и специально поддавался, давай ей уверенность в своих силах. Смеялся, когда она громко радовалась своим победам, и снова и снова понимал, что счастье — оно простое, уютное и рыжее.

Уже поздно вечером я нехотя проводил ее домой, чтобы утром снова забрать и отвезти на настоящее первое свидание.

Алексей

— И как ты понял, что Димон — крыса? — отпивая чай из большой кружки, спросил у меня Мир.

Мы сидели в летнем кафе и покорно ждали, когда дети сатаны закончат занятия.

Был понедельник. За спиной два выходных только вдвоем с Хиросимой, наше с ней первое свидание в парке и моя счастливая, выспавшаяся морда бонусом.

Меня без зверского выражения на ней и моих фирменных синяков под глазами сегодня на работу пускать не хотели.

— Я ложь чувствую, — загадочно ответил я, — вот в глаза смотрю и сразу вижу: врет!

— А по ночам, случайно, в красном плаще не ты по улицам бегаешь, супергерой хренов? — заржал Соколов. — А то парням ориентировка пришла, как раз в нашем районе носится.

— Осень, — философски пожал я плечами.

— Я серьезно.

— Да нестыковки у него в показаниях были, нелогично все. Хотел отомстить, но якобы сам, сестру приплел, месть. Вроде складно стелил, но напряг был. Вот ты бы что сделал, если бы Краславский твою сестру обидел?

— Тебе в подробностях? — серьезно уточнил у меня Мир.

— В общих чертах.

— На экскурсию в лес бы отвез, червей показать.

— А если бы ты был забитым ботаником и трусом?

— Чужими руками? — дошло до Соколова.

— Так логичнее всего, — согласился я. — Натравить на него Саныча, поныть и прийти победителем. Но Саныча он просить не хотел, зато втянул Щукина, а тот от радости, что можно насолить мне, — Вику и Тыковку.