Книга Развод и запах свежего хлеба, страница 44 – Юлия Ильская

– Нарушений никаких нет, всё оборудование проверено, и сертификаты в наличии, – слышу спокойный, но напряженный голос Глеба. – Все документы я предоставлял ранее в администрацию. Может быть, стоит уточнить у ваших коллег, прежде чем закрывать меня на ровном месте?

– Коллеги нас не касаются, мы сейчас говорим о вашем деле, – второй мужчина чуть резче перебивает его.

Я вздыхаю. Ну вот опять, бюрократы добрались и сюда. Раздражение поднимается, как волна, и, не выдержав, я резко распахиваю дверь пекарни и вхожу внутрь.

– Добрый день, господа! Прошу прощения, что вмешиваюсь, но мне хотелось бы уточнить несколько вопросов, – говорю я с профессиональной улыбкой юриста.

Все трое удивленно оборачиваются на меня. Глеб чуть приподнимает бровь, в глазах его мелькает удивление.

– А вы, собственно, кто? – официальным тоном спрашивает старший проверяющий.

– Воронцова Вероника Андреевна, юрист Глеба Никитича, – произношу я отчётливо, приближаясь к ним. – Покажите, пожалуйста, приказ о проверке и ваши служебные удостоверения.

Оба мужчины неохотно достают документы и протягивают мне. Я быстро пробегаюглазами.

– Итак, – спокойно начинаю я, – приказ о проверке подписан задним числом, а это грубейшее нарушение. Кроме того, здесь отсутствуют подписи руководителя территориального органа и печать. Думаю, прокуратура очень заинтересуется таким подходом к проверкам.

Мужчины нервно переглядываются.

– Ну это всего лишь техническая ошибка, – бормочет второй инспектор, теряя уверенность.

– Техническая ошибка? – Я холодно улыбаюсь. – А знаете, что такое превышение должностных полномочий, а также попытка незаконного давления на малый бизнес? Статья, господа. Рекомендую вам сейчас удалиться и впредь проводить проверки в строгом соответствии с законом, иначе на вас будет составлена жалоба в прокуратуру.

Проверяющие переглядываются и явно понимают, что сегодня не их день. Старший нервно кивает:

– Хорошо, мы ещё раз проверим документы в администрации…

Они быстро собирают бумаги и удаляются. Я выдыхаю и оборачиваюсь к Глебу.

– Вы всегда так эффектно появляетесь и спасаете ситуацию? – спрашивает он тихо, и на губах его мелькает слабая улыбка.

– Только тогда, когда приходится защищать людей, – ворчу я, но чувствую, как внутри появляется какое-то странное тепло.

Глеб молча смотрит на меня, потом медленно кивает.

– Спасибо тебе, Вероника.

– Да не за что, – неловко пожимаю плечами я. – За хлебом я вообще-то пришла…И за водой.

– За водой?

– За водой, – вздыхаю я, – там у меня клубника засыхает, а я так устала, что скоро сама там лягу и засохну. Сделай мне скважину.

Глеб вдруг негромко смеётся, и от его смеха становится неожиданно легко.

– Пойдём, юрист, – говорит он, подходя ближе, – сначала я дам тебе хлеб, а потом посмотрим, как решить твою водную проблему. Теперь я точно твой должник.

Смотрю на него и думаю, что, может быть, не так уж плохо, что меня занесло в эту деревню. В конце концов, спасать ситуацию – моя работа, а хлеб, здесь очень даже неплохой. Особенно если его выпекает один угрюмый и очень загадочный сосед…

Глеб тяжело выдыхает, глядя в окно вслед удаляющейся машине проверяющих, затем поворачивается ко мне и чуть кивает в сторону столика у окна.

– Присаживайся, Вероника, хоть обедом тебя угощу. Ты сегодня, можно сказать, спасла моё дело.