Книга Измена. (не) удобная жена, страница 87 – Елена Грасс

— Что слышала. И тебе не показалось. И я не пьяна. И я в себе в полном уме и твёрдой памяти.

— Аня, доченька, что она такое говорит? — теперь уже еле слышно дочери вопрос задаёт. Замечаю, как по её щекам катятся слёзы. — Ты правда его любовница? — кивает в сторону моего мужа. — Но как… Зачем… Ты же замужем…

— Да, — гордо, как когда-то передо мной вздёргивает свой нос. — Я люблю его. Давно! А мужу… мужу я вру! Но скоро и он обо всём узнает. Но честно, мне плевать на его мнение.

Поворачиваюсь к мужу. Он не сводит с меня глаз, ему всё равно, что моя подруга и её дочь обсуждают сейчас.

Он сидит напротив меня, его глаза прикованы ко мне. Его взгляд полон смеси страха, растерянности и чего-то ещё, что я не могу точно определить.

— Альбина… — он говорит тише обычного, его голос дрожит. — Давай поговорим. Просто дай мне время… я всё объясню.

Но я не хочу его объяснений. Он что, реально думает, что здесь можно будет как-то оправдаться?

— Не надо, Миш, — отвечаю ему холодно, почти безэмоционально. Никаких чувств не осталось во мне. Пусто в душе. Выжег всё, поле чёрное, глаз ни на одном зелёном листочке не остановить.— Всё, что ты сейчас скажешь, будет пустым и ненужным. Не пытайся даже слова найти. То, что вы творили за моей спиной, объяснить невозможно.

Протягиваю ему флешку, и он берёт её трясущимися руками.

— Что это?

— Здесь всё от начала до конца. Каждый день твоей жизни в обмане ровно с того момента, как я узнала о нём. Я развожусь с тобой, Курбатов.

— Нет! — его голос становится громче, почти кричит. — Я не дам тебе развод!

—Куда ты денешься! — отвечаю, усмехаясь. — Я не на подводной лодке.

— Если ты всё знала про нашу связь, почему не сказала ничего⁈ Почему молчала? Почему не остановила всё это⁈ Почему не взяла меня за шкирку и не потрясла, чтобы я прекратил это делать! — его голос звучит теперь с обвинением. Интересный расклад. А, ну да, я забыла, лучшая защита — это нападение. — Я не позволю тебе разрушить всё, что у нас было, — говорит Михаил безапелляционно.

— Ты уже разрушил, причём сам, добровольно и осознанно. А насчёт остановила, ты что, сопливый мальчик, чтобы я воспитывала тебя и прививала чувство прекрасного, чистого, светлого? Есть общие нормы поведения, по которым ведут себя все нормальные люди. Но, правда, это нормальные. А у меня есть чёткое ощущение, что ты психически нездоров. Тебе нравится жить в этом экстриме лжи и предательства. Наскучила жена, решил рискнуть, испытать новые ощущения в сексе. Да ещё, как я поняла, не вполне… стандартные. Только риск этот слишком дорого обойдётся во всех смыслах этого слова. Думаю, тебе доставляло удовольствие понимание того, что я могу узнать. Эдакая форма адреналина. Знаешь, как у всех богачей: нет интереса в жизни, когда многое имеешь. И еда пресытилась, и деньги, и тачки, и многое другое. Такой человек начинает искать что-то, что заставит его снова быть в эмоциях. Ты нашёл это в таких отношениях, и терять уже не хотелось. Решил рискнуть, когда продолжил это делать в нашем доме. Как-то же работало всё почти год. Почему бы и дальше не работало?

— Это не так!

— Так, Миш, так. И тебе просто надо признать это. Хотя мне, в принципе, всё равно. Твори любую дичь, но без меня. И хватит искать виноватых! Ты даже здесь не в силах сказать: да, Альбина, я подлец, последний, урод, скотина, нет мне прощения! Я виноват! Кругом виноват! Перед тобой виноват, перед дочерью, и даже перед ней, — киваю в сторону завихрившейся Анны. — Другая бы тебя уже давно нахрен послала, а эта терпит. Дура! Глупая! Хоть и виноватая перед всеми, но всё равно человек!