Книга Бывшие. Лада с «прицепом», страница 22 – Елена Грасс

Удалось приехать на пару минут раньше оговоренного с мужем времени.

— Привет, — пробегаю мимо секретаря.

Дрожащими руками сжимаю в руках сумку, поправляя волосы, натягиваю на лицо улыбку и захожу к нему кабинет.

Отец всегда умел давить своей энергетикой, и рядом с ним я себя вечно чувствую как провинившаяся школьница.

Там уже сидит Илья и обсуждает с ним какие-то рабочие моменты.

Мы переглядываемся с мужем, отец с вопросом в глазах смотрит то на него, то не меня.

— Что-то случилось?

— А, да, — как бы переключаясь с работы на личные вопросы, о которых вспомнил случайно. — Ваша дочь от меня уходить собралась, — бросает фразу как бы между прочим и улыбается.

Что?! Округляю глаза, не скрывая возмущения.

Как я понимаю теперь, в отместку мне после разговора о Смирнове он решил вывернуть всё так, что автоматом виноватой в этом разводе останусь я.

Нет, я не боюсь отца, мне не пятнадцать лет. Просто уговор был иной.

Низко это. Противно. Не по-мужски.

— В смысле? — поднимает на меня удивлённые глаза.

Реакция отца вполне предсказуема. Я знаю, как мой отец относится к разводам, и что последует дальше.

Будет взрыв эмоций, негатива, агрессии и упрёков.

Бывший военный, который, несмотря на то что уже пятнадцать лет как уволился из армии, привыкший командовать и требовать подчинения, при этом совершенно не умеющий держать себя в руках — характеристика, которые знают о моём отце единицы.

Только это не армия, и я созрела до того, чтобы второй раз не подчиниться ему.

Первый был, когда он был против моих отношений с Егором.

А второй теперь, когда я хочу развестись с тем, кого не люблю.

— А вот так, — стучит пальцами по столу, показывая своё пренебрежение. — Сказала, что жить со мной больше не хочет. Забирает Алиску и уходит. Кто бы мог подумать, да? — смотрит теперь на моего отца, словно в упрёк ему кидая о плохом воспитании дочери.

— Ну ты и скотина… Это подло, — поворачиваюсь к мужу, — трус! Лишь бы задницу свою на тёплом месте сохранить? — не обращаю внимание на отца и его реакцию.

— Куда ты собралась? Зачем? Что тебе не живётся? Что в твоей голове? Всё же нормально было!

Он сыплет вопросами, даже не ожидая на них ответа.

— Папа, послушай...

— Дочь, ты же знаешь мою позицию. В нашейсемье никто никогда не разводился. С чего вдруг ты собралась?

— А что так? Позор для семьи? — кивает. — Ну да, лучше жить и мучиться, — мои глаза набираются влагой, — как ты с мамой, как я с Ильёй.

— Не пори чушь! Вся эта лирическая хрень меня вообще не интересует!

Смотрю на него, вспоминаю то, что говорила мне мама, и понимаю: рассчитывать на поддержку семьи не получится.

Родители стали для меня словно чужими. Для них показуха и благосостояние важнее меня и моих желаний, и я не смогу достучаться.

— А что, не так? Мама с тобой счастлива? Нет. И ты с ней несчастлив. Вы продолжаете жить вместе, потому что ты придумал в своей голове, что в твоей семье не разводятся. Сколько раз я это слышала. Только зачем так жить? Я не хочу как вы. Я не буду как вы. Вы лицемеры! Вам важнее пустить пыль в глаза, чтобы все восхищались вами, чем принять очевидное.

Лавина слов вырывается из меня, но мне не хочется останавливать этот поток. Пусть он сметает всё на своём пути.

Эмоции бьют через край, как будто я нахожусь в кабинете психолога, и он вытаскивает из меня самые потаённые обиды и проблемы.