Книга Bad idea, страница 128 – Ана Эспехо

– А ты всегда течешь как последняя сука?

– Ну если дело касается тебя, то да, – Томас моргает, как будто его ослепило. Он хотел застать меня врасплох и уязвить, но я уничтожила его жалкую попытку, подтвердив неопровержимый факт. – С другими парнями не знаю, не пробовала!

– Знаешь, что Майя… – Хард дергает меня за руку и прижимает к своей, дрожащей от тяжелого дыхания, груди и дышит через рот, обжигая кожу на моем лице. Его ладони ведут разгульный образ, поглаживая голые бедра и сжимая ягодицы.

– Знаю! – выдыхаю ему в лицо. – Знаю, что значение секса в жизни преувеличено! – низом живота чувствую возбуждение Томаса и понимаю, насколько бредово звучат мои слова!

– Сказала девушка, на которой из одежды только моя футболка, – наконец-то он заметил! – Можешь оставить себе, разрешаю! – брюнет выпускает меня из объятий и обходит стороной.

– Мне не нужно твое разрешение, Том! – меня злит вовсе не то, что Томас разговаривает со мной так, будто мне действительно нужно его разрешение, а то что он продинамил меня и… не дал мне!

– Собирайся, пора в университет, – британец успел исчезнуть раньше, чем мой гнев обрушился на него.

– Не указывай мне, Хард! – ору с кухни как потерпевшая, уповая на то, что крик мой поразит эту самовлюбленную скотину! Ненавижу!

Впервые в жизни я не испытывала желания появляться в университете. Мне хотелось снова стать невидимой, чтобы все потеряли ко мне интерес, конечно, кроме Харда. Вернуться к временам моей обычной, неприметной студенческой жизни, когда моё существование было приятным бонусом. Ничего никому не должна. Никакого лишнего общения. Никаких клубов и повышенного внимания. Но даже думать об этом было абсурдно, потому что вразрез с собственными мыслями, я состояла в отношениях с самым скандальным парнем университета. Получив желаемое от спора, меня накрыла волна той популярности, о которой грезят все в университете, когда каждый студент узнает тебя в коридорах, приветствует и спрашивает совета, считая твое мнение неоспоримым. Вместе со студенческой известностью я нажила себе и врагов в лице бывших девушек британца, к которым он потерял интерес еще после первого секса. Они отошли на второй план и притаились за моей спиной. Конечно, Харду было плевать на это. Меня же, напряженная обстановка и постоянные мысли о том, что меня хотят проучить за посягательство на парня, с которым они спали, очень нервирует. Собственнические замашки Томаса вмешиваться в мою жизнь и следить за каждым моим шагом только усиливают мою нервозность. Парень, который переспал со мной, чтобы выиграть в споре, внезапно стал проявлять заботу, которая граничила с помешательством и ограничением моей свободы.

Наш утренний разговор не внес ясности в наши странные, построенные на моей упертости и стойкости, и на вспыльчивости и страсти Харда, отношения. Томаса взбесила и вывела из себя сама мысль о том, что парни могут заинтересоваться мной, что совершенно не свойственно для такого высокомерного и самовлюбленного говнюка как британец. Том проявил неосторожность, продемонстрировав свои переживания за девушку, с которой его связывает только секс. И если мне действительно было приятно, что Хард думает обо мне и пытается заботиться, то для его друзей – это отличный способ подорвать его авторитет.