Книга Ты и Я - Сводные, страница 59 – Ники Сью

— А что у тебя болит? Хочешь… я погрею чего-нибудь? — говорю все это на автомате. Подумать бы сперва, но нет, язык быстрей бежит. Мне остается тольконадеяться, что Царев понял правильно, что не подумает лишнего.

— Горло першит, голова болит. Хочу, погрей чего-нибудь. Можно я буду наглым? — не спрашивает, а утверждает болеющий мужчина. — Принесешь мне… ну… типа в комнату? Правда так хреново, хоть кони делай.

Ответ мой Илью, конечно, не интересует. Он разворачивается на триста шестьдесят и уходит к себе, волоча по полу шлейф. Пожимаю плечами, поражаясь, насколько все легко у него выходит. И наклонился, и поцеловать попросил. Нет, ну ладно, это было для медицинских целей. Хотя я бы точно так не смогла. Мы вообще с ним в этом плане разные. Интересно, есть ли все-таки у Царева девушка? Стоп. Двойной стоп. Супер стоп. Такие вещи меня интересовать не должны. По крайне мере, в том контексте, в котором они лезут в голову.

Делаю глубокий вдох, затем еще парочку. Вроде сознание вернулось, разум отрезвел, можно двигаться дальше. Минут пять вожусь на кухне. В холодильнике нахожу вчерашний суп и овощи. Ставлю их на плиту, затем лезу по ящикам в поисках градусника и лекарств. Нахожу даже пакетик с терафлю и витаминки. Ставлю чайник, завариваю спасательный порошок, а затем еще пару минут ломаю голову на чем все это добро доставить в комнату. Забавно, конечно. Но мне определенно нравится проявлять заботу, накладывать еду в тарелки. И тот факт, что все это именно для Ильи, добавляет свои плюсики в настроение.

Возле комнаты Царева с деревянной дощечкой в руках, я медлю всего пару секунд. Не то чтобы мне страшно, скорее немого не привычно. Однако все это быстро уходит на задний план. И я уверенно вхожу в спальню. Илья сидит укутанный с головы до ног в плед, сосульки на носу только не хватает для полноты картины. И вновь смешок подкатывает к губам, но я умело сдерживаюсь. А то еще обидится.

— Фига себе, — качает головой Царев, приподнимаясь. Разглядывает с любопытством то ли меня, то ли дощечку, то ли содержимое на ней. Потом, правда, отмирает и вытаскивает руки из-под одеяла.

— Доставочку заказывали, господин болеющий? — шутливо выходит, ну просто иначе никак. Ситуация уж больно забавная. Две недели назад мы готовы были убить друг друга, а теперь по очереди проявляем заботу. Насколько жизнь все-таки непредсказуемая штука.

— Давай сюда, — хлопает Царев по ногам. Обхожу кровать, усаживаюсь на край и осторожнокладу так называемый поднос.

— Вот градусник, его под мышку.

— Слушаюсь, госпожа медсестра, — иронично кивает Илья, так будто и вовсе здоров. Заулыбался даже.

— Это терафлю, после еды выпей его, будет полегче.

— Понял.

— Ладно, — поднимаюсь с кровати, хотя вот уходить почему-то не хочется. С каждым днем после того вечера, когда не было света, я все больше и больше интуитивно тянусь к Илье.

— Уходишь? — замираю на месте от столь простого вопроса. Затаиваю дыхание, чтобы не дать волнующему ощущению расползтись по телу. И почему так нервничаю. Глупость какая-то.

— А что предлагаешь покормить тебя с ложечки? — мне кажется, шутка не удалась. Или моя интонация все испортила, а может голос подвел. Только после такого и глаза поднять неудобно. Боже! Это всего лишь мой сводный брат. Часть моей семьи. Что за странная реакция организма?..