Книга Укради мой поцелуй, страница 37 – Инна Стоун

— Ты был прав, — прошептала я в трубку. — Я не спала всю ночь. Мне было страшно. Я… я не хочу больше думать обо всём этом. Я хочу, чтобы ты просто… забрал все эти проблемы от меня.

На том конце провода царила тишина. Я представляла его лицо — холодное, оценивающее. Он проверял меня на искренность.

— Ты приняла правильное решение, — наконец произнёс он, и в его голосе прозвучало удовлетворение. — Я приеду за тобой через час. Мы позавтракаем.

Он приехал не на лимузине, а за рулём своего низкого спортивного автомобиля. На нём были простые джинсы и свитер, но от этого он выглядел не проще, а ещё более недосягаемо — бог, снизошедший до смертного. Он открыл мне дверь, его пальцы коснулись моей руки, и я заставила себя не отдергивать её.

Мы поехали за город, в уединённый клуб с террасами, выходящими на озеро. Воздух был чистым и холодным. Он заказал нам завтрак и смотрел на меня, пока я ковыряла вилкой омлет.

— Расскажи, что он тебе сказал, — мягко приказал он. — В деталях.

И я рассказала. Я пропустила самое главное — диктофон, признание Марка о том, почему он поцеловал меня. Но я в красках описала его боль, его ненависть, его уверенность в том, что его отца убили. Я играла в искренность, выдавая полуправду. Я была напугана, я была сбита с толку, я была той самой слабой женщиной, которая ищет защиты у сильного мужчины.

Сергей слушал внимательно, не перебивая. Его лицо было невозмутимым.

— Классическая манипуляция, — заключил он, когда я закончила. — Он играет на твоих эмоциях. На твоём… сочувствии. Ты умная девушка, Валерия, но ты слишком добра. Ты не видишь, как тобой пользуются.

Он протянул руку через стол и поймал мою дрожащую ладонь.

— Но теперь ты под моей защитой. Ты в безопасности.

Его пальцы были тёплыми и твёрдыми. В его прикосновении была та самая сила, которая так манила и пугала. И я позволила себе расслабиться.Ненадолго. Позволила себе почувствовать иллюзию безопасности. Это была часть игры.

— Спасибо, — прошептала я, опуская глаза.

— Не благодари. Просто доверься мне.

После завтрака он не повёз меня домой. Мы поехали в его пентхаус. Днём, с солнечным светом, льющемся через панорамные окна, он выглядел иначе — менее враждебным, более… обжитым.

— Сними это, — сказал он, когда мы вошли в спальню. Его голос был спокоен, но в нём звучала привычная команда.

Я замерла. Это был момент истины. Я могла отказаться, и вся моя хрупкая конструкция лжи рухнула бы. Или я могла подчиниться, и игра продолжилась бы на новом, ещё более опасном уровне.

Я медленно, почти ритуально, сняла платье. Потом бельё. Я стояла перед ним обнажённая, под его тяжёлым, изучающим взглядом. Холодный воздух кондиционера пробежал по коже, но внутри горел огонь стыда и странного, извращённого возбуждения. Возбуждения от власти, которую он имел надо мной. От риска. От игры.

— Ложись, — скомандовал он.

Я легла на идеально застеленную кровать. Он раздевался не спеша, его движения были экономными и точными. Его тело было произведением искусства — рельефным, сильным, лишённым изъянов. Он был как живое воплощение той силы, которой я так жаждала и которой так боялась.

Он подошёл к кровати и встал на колени рядом со мной. Его руки скользнули по моим бёдрам, животу, груди. Это не была ласка. Это было исследование. Осмотр собственности. Его пальцы были твёрдыми, знающими, они выявляли каждую напряжённую мышцу, каждую дрожь.