Книга Начало, страница 64 – Никанор Стариков

– Внимание, – тихо сказал я, переводя Полимата в полную боевую готовность. С шипением развернулись орудийные башни на плечах, загудели силовые контуры. – Обнаружена аномалия. Запад, девятьсот метров. Тень, доложи обстановку. Выдвигаемся на поверхность и занимаем оборону.

– Ничего не вижу, командир, – почти сразу отозвался Волков. – Ни в оптике, ни в ИК, ни на радарах. Всё чисто.

– А она есть, – сквозь зубы процедил Орлов. Его Клинок тоже развернулся в сторону угрозы. – Чую, чёрт возьми. Спиной чую. Как перед грозой.

Я понимал его прекрасно. Та же самая животная, тревога скреблась и у меня в подкорке. Сначала это была просто дрожь в воздухе, марево над раскалёнными скалами. Затем пространство словно вспучилось, и из него начала медленно, как из густой смолы, вытекать масса цвета тёмного аметиста. Она переливалась, мерцала изнутри, и с каждой секундой принимала всё более чёткие очертания. Сначала – бесформенная глыба, затем нечто, отдалённо напоминавшее гуманоида, и наконец… оно встало. Сущность была гигантской, метров двадцати в высоту. Её тело состояло из той же перламутровой, переливающейся субстанции, что и Рой, но здесь она была плотной, сконцентрированной, словно кристаллизованной. Фигура была лишена деталей – никаких глаз, рта, чётких конечностей. Просто профиль исполинского воина, высеченного из сияющего фиолетового обсидиана. Оно просто стояло и смотрело на нас. Вернее, та часть, что условно соответствовала в голове, была повёрнута в нашу сторону. Я чувствовал его взгляд. Холодный, изучающий, безразличный. Взгляд микробиолога на колонию бактерий в чашке Петри.

– Контролёр, – безмалейшей тени удивления прозвучал в моей голове голос Га. – Автономный страж. Оставлен для наблюдения и… карантина. Уровень угрозы классифицируется как экзистенциальный.

– Спасибо, что прояснил, мне от этого стало легче, – мысленно бросил я ему. Сердце заколотилось где-то в горле. – Ты знаешь, как его уничтожить?

– Нет. Но могу помочь выжить.

– Спасибо, помощник. Мы сами.

Мы стояли, разделённые девятьюстами метрами ржавой пустыни. Четверо стальных исполинов и одно воплощённое Нечто. Казалось, оно просто изучает нас, впитывая данные.

– Может, попробовать поговорить? – ехидно процедил Орлов. – Спеть ему Катюшу?

– Погоди! – отрезал я.

И тут Контролёр сделал едва заметное движение. Его рука – выступ той же субстанции – плавно поднялась. Никакой подготовки, никакого накопления энергии. Просто плавный, почти ленивый жест. Из подобия ладони вырвался сгусток чистой, фиолетовой энергии. Он был не похож на луч или плазму. Это была… капля. Капля жидкого света, размером с легковой автомобиль. Она не летела с рёвом, а плыла по воздуху, искажая пространство вокруг себя, оставляя за собой шлейф мерцающих разводов. Но эта медлительность была обманчива. Она двигалась с немыслимой скоростью.

Поворот, и моё тело, Полимата, уже реагировало, отпрыгивая в сторону с работой всех двигателей. Капля фиолетового света просвистела в метре от меня и врезалась в скальный выступ позади. Не было взрыва в привычном понимании. Не было огня, грома, ударной волны. Был лишь короткий, хрустящий звук – хруст. И на месте скалы возникла идеально гладкая полусфера выемки диаметром метров в десять. Камень не расплавился, не раскрошился. Он просто исчез. Испарился. Был стёрт из реальности. В эфире на секунду воцарилась мёртвая тишина.