Книга Начало, страница 99 – Никанор Стариков

– Они что? Совсем охре… – раздражённо сказала Александра, но во время себя остановила. Честно говоря, я тоже был не в восторге от встречающей нас делегации. К нам навстречу направился офицер в звании подполковника, с лицом, словно высеченным из гранита. Его глаза, холодные и пустые, скользнули сперва по Орлову, по команде и задержались на моём лице. Он внимательно стал разглядывать меня, и его взгляд был направлен на мою металлическую щеку и светящейся в полу мраке глазу. Затем повернулся к капитану Орлову и сказал:

– Капитан Орлов Игорь Викторович? – его голос был сухим, ровным, и говорил он на чистом русском.

– Я. – Рявкнул Орлов. На лице подполковника появилась ехидная улыбка.

– На основании предписания Главной военной прокуратуры Российской Федерации и возбуждённого дела Объединённого комитета по расследованию инцидента за № 744-Марс, вы и ваш экипаж задерживаются для дачи показаний. Прошу вас и весь ваш экипаж следовать за нами.

Орлов едва заметно кивнул. Это был ожидаемый сценарий. Жёсткий, но в рамках устава. Но затем подполковник резко повернулся ко мне. Его взгляд стал ещё холоднее, если это было возможно.

– А вы капитан Воронов Дмитрий Александрович, он же пилот боевой машины Полимат, он же фигурант по делу о государственной измене и хищении стратегических технологий…

В ангаре воцарилась мёртвая тишина. Даже гул механизмов куда-то отступил. Я услышал, как позади резко вдохнула Пшеничная.

– …вы арестованы. – он махнул рукой, и ко мне подбежали два военных полицейских с автоматами на груди и взяли меня под руки. – Сопроводите капитана.

Внутри у меня всё оборвалось. Измена? Хищение? Это был уже не разбор полётов. Это было очень серьёзное обвинение. Кто или за что? Меня обвинял.

Орлов резко выдвинулся вперёд, заслонив меня собой.

– Подполковник, это ошибка! Капитан Воронов – герой,он…

– Капитан! – голос офицера прокуратуры прогремел, как выстрел. – Вы не в своём уставном праве обсуждать предписание! Отойдите, или будете задержаны за препятствование следствию!

В этот момент позади подполковника раздался ещё один голос – спокойный и властный.

– Подполковник Седов, остановитесь.

Из-за шеренги полицейских вышел человек. Я бы узнал его и сотен тысяч человек, одетых в военную форму. Высокий, сухопарый, в простом защитного цвета кителе без знаков различия. Но по тому, как замерли офицеры, было ясно: его власть здесь абсолютна. Его лицо было бледным, аскетичным, а глаза… глаза были как у адмирала Берка – видевшими слишком много, чтобы кому-то что-то доказывать.

– Товарищ Генерал-лейтенант, – выпрямился Орлов.

Это был Колесников. Его протез тихо щёлкнул по полированному полу, когда он подошёл вплотную к подполковнику Седову. Заглянул ему в глаза и произнёс:

– Это достаточно серьёзные обвинения, товарищ, подполковник. Ваше предписание, увы, основано на устаревших данных, – сказал Колесников, и протянул ему листок. – Капитан Воронов является ключевым свидетелем и участником событий, имеющих экзистенциальное значение для безопасности всего человечества. Его арест по надуманному обвинению ставит под угрозу всю программу Кентавр и наши переговоры с внеземным разумом. Вы готовы взять на себя такую ответственность? – Седов оторвал свой удивлённый взгляд от переданной ему бумаги. Но отвечать ничего не стал. Тогда Колесников продолжил. – В связи со сложившимися новыми обстоятельствами, изложенными в этом документе. Весь экипаж Стражника получает увольнительные. Капитан Воронов и его отряд следуют за мной.