Книга Ночной зверёк, страница 124 – Дария Беляева

Амти помолчала, а потом кивнула.

— Ну, да. Просто они могут умереть.

— Да. А еще они могут умереть здесь по любой другой причине. И тем более умереть в Государстве. Ссыкуха ты.

Амти погладила перчатку Шацара, а Эли фыркнула:

— Но не бойся. Я думаю, что все будет в порядке. Ты только не считай, что взрослые особенно знают, что делают. Ничего они не знают. Как мы.

— Только проблем у них больше.

— Ну, да. Помоги мне накраситься лучше.

Пока Амти подводила стрелки у Эли на глазах, Эли старалась сидеть неподвижно, что для нее явно было очень сложно.

— Ты так и пойдешь в школьной форме?

— Я думаю, это основа моей самоидентификации.

— Звучит извращенно.

— Заткнись и не мешай мне, а то будешь страшная.

Они собирались мучительно долго, будто специально растягивая время. Амти все не могла перестатьдумать о том, что сейчас взрослые где-то готовятся к такому ответственному делу, как убийство Царицы.

И они с Эли никак не могли им помочь.

— По крайней мере, мы не мешаемся, — сказала Амти, когда они вышли из комнаты.

— Тоже клево.

Единственное, что Амти взяла с собой, так это дневник, вернее рукопись того мальчишки, чья тетрадь не была подписана. Они договорились встретиться с Хамази в холле. Хамази тоже жила в замке, правда в отличии от них не бездельничала, а занималась организаторской работой. Наверное, в бытностью свою старостой набралась опыта руковождения толпой психопатов. Амти сомневалась, что Инкарни Двора намного хуже четырнадцатилетних мальчишек-школьников. Впрочем, Амти ведь училась в школе для девочек, возможно, она излишне демонизировала смешанное обучение.

Амти хотелось думать о чем-то нейтральном, далеком от темы сегодняшнего праздника, но как только Хамази увидела их, она помахала рукой и сказала:

— С Днем Темноты, девочки!

— Что это вообще за праздник? — спросила Эли. Хамази приосанилась, будто ожидала этого вопроса, поправила свой традиционный высокий хвост и начала:

— Стыдно не знать, девочки, основные праздники нашей культуры. День Темноты празднуется в самый короткий световой день в году. В этот день каждый Инкарни вспоминает Мать Тьму, которая дала нам жизнь и почитает ее заветы.

— Такие как «убей себя и всех вокруг?»

— Да, вот такие. В целом, это единственный завет. Я бы сформулировала как «уничтожь себя и всех вокруг».

— Это была шутка, — сказала Амти мрачно, но Хамази было не остановить. Они шли по извилистым и запутанным, как корни дерева под землей, коридорам дворца. Амти рассматривала безумные картины, развешанные на стенах. Адрамаут рассказывал, что Царица рисовала их, когда вернулась после схождения по Лестнице Вниз. На картинах были чудовища и чудовищные места. Амти и не думала, что есть места ужаснее Двора и чудовищнее его чудовищ, но они были. Существа на картине были хрупкими червяками, за которыми следовали комки внутренностей, свиными тушами с открытыми матками, откуда прогрызались поросята, похожей на освежеванного ската плацентой, истекающей кровью и украшенной глазами, зародышами с несколькими головами, наросшими на ком-то, кого Амти и охарактеризовать как живое существо не могла — так,скопление раковых клеток. Обнаженные кости, органы, дефективные, несчастные создания. Амти подумала, что, может быть, из-за диких видений Лестницы Вниз, Царица держала при себе Адрамаута с его страстью к плоти.