Книга Ночной зверёк, страница 28 – Дария Беляева

Амти царапала дерево стола, и под ногтями у нее саднило. Тяжелое, болезненное возбуждение разливалось по телу, когда Шацар двигался. Оно заставляло ее забыть о крови, текущей у нее под веками всякий раз, когда она закрывала глаза. Оно заставляло ее забыть о желании раскроить Шацару голову хрустальной пепельницей, стоящей рядом. Оно заставило ее забыть страх перед собой, ставший таким привычным.

Шацар надавил ей на голову, и Амти щекой прижалась к гладкой поверхности стола. Она забывалась, темные желания и страх прятались внутри, пока она приглушенно скулила, чувствуя его сильную, безжалостную хватку. Шацар двигался все быстрее, и Амти чувствовала, каксбивается у него дыхание.

— Ты хочешь меня? — спросила Амти. Она не увидела, но почувствовала, как Шацар искривляет губы в улыбке так не напоминающей улыбку. Его пальцы впились в бедра Амти, и от силы с которой он входил в нее, с Амти едва не слетали очки, ей приходилось удерживать их.

Очнулась Амти за секунду до оргазма, некоторое время она ловила ртом воздух, а потом накрылась одеялом с головой, сгорая от стыда. Судя по всему, остальные еще спали, даже Эли, имевшая привычку подниматься раньше других.

Вот уже месяц как жизнь Амти протекала, в основном, под землей. Она привыкла к Яме, как к дому, а к своему отряду, как к семье. За это время Амти многое узнала о них, что-то ей рассказали, о чем-то она догадалась.

В Яме никто ни от кого ничего не скрывал, но расспрашивать было не принято. В конце концов, Амти рассказали о себе кое-что все члены ее новой, странной семьи. Теперь она знала, что Шайху был единственным сыном крупного предпринимателя и действительно приходился дальним родственником Шацару. До того, как стать Инкарни, он жил жизнью полной беззаботного веселья, и его никогда ничего не волновало. Он был богат, его все любили и все произошло совершенно внезапно. Шайху был Инкарни Страсти, Тварь Зависимости. Его магия полностью изменилась после пробуждения тьмы. Раньше Шайху умел перемещаться в пространстве, но эта способность слабела, а потом и вовсе отказала. Вместо своей безусловно полезной силы, Шайху научился вызывать в людях пристрастие к чему угодно, на свой выбор. Кроме того, его собственная зависимость от алкоголя и наркотиков стала невыносимой. Его отец решил не дожидаться, пока Шайху поймают, подстроил его гибель в автокатастрофе. Отец Шайху сам нашел Адрамаута и остальных, и он до сих пор платил им для того, чтобы они укрывали его сына. Адрамаут и Мескете благоразумно молчали о том, что вообще-то делают это на добровольной основе. Шайху говорил, что никогда не думал, что станет Инкарни, никогда не боялся. Этого с ним случиться просто не могло, он ведь был невероятно счастлив, и у него было все. Когда Шайху рассказывал об этом, он смеялся, но Амти не представляла, что это такое — никогда не бояться, а потом вдруг, безо всякой подготовки, узнать, что вся твоя жизнь будет сломана. Для отряда Шайху был полезен, он подсадил на свою кровьнескольких Псов Мира не блещущих рангом и интеллектом, зато способных предупредить их об облаве ради эйфории. Шайху говорил, что все это работает именно потому, что Псом Мира быть тоже страшно, ведь если бы кто-то узнал, что они были связаны с Инкарни, их бы тоже уничтожили. Забавно, говорил Шайху, как всякие глупости работают только потому что мы стали параноиками.