Книга Ночной зверёк, страница 37 – Дария Беляева

— Главное, не бойся, малыш. Магии у тебя нет, заподозрить ему тебя не в чем. Просто посмотришь, что этот парень втирает другим лишенным магии людям. Расскажешь, что слышала, что видела. Запомни план здания. Посмотри на него, может увидишь, в чем его магия, — говорил Адрамаут.

— Ага, а если он поймет, что ты тоже Инкарни, то делай вид, что ничего не знаешь об этом! — сказал Шайху. — Он будет агитировать тебя прогуляться в другой мир, но ты твердо откажись.

Мескете вела машину быстро и хорошо, взгляд ее был сосредоточен на дороге. Она казалась Амти самым здравым здесь человеком, но именно она и молчала, ничего не хотела Амти посоветовать.

— Знаешь что, несмышленыш, — сказал вдруг Адрамаут. — Не хочу, чтобы с тобой что-то случилось, а мы не знали. Ну-ка, иди ко мне.

Амти подалась вперед к нему, и Адрамаут схватил ее за воротник, расстегнул на ней черную рубашку Эли. Потом Адрамаут сделал нечто, заставившее Мескете вздохнуть, Шайху высунуть язык, а Амти запищать. Он вытащил собственный глаз голыми руками, запустив пальцы внутрь и вырвав его. С мерзким хлюпаньем глаз вышел из глазницы, а кровь прыснула ему на лицо. Это был его нормальный,человеческий глаз. Был.

— Не переживай, — сказал Адрамаут. Алый глаз чудовища смотрел на нее спокойно. — Возьму себе новый на досуге, это не проблема.

Адрамаут поднес глаз к ямке на ее ключицах, чуть надавил, и Амти почувствовала, как ее плоть расступается, впуская в себя глаз. Ощущение было странное, будто тепло разливалось внутри. Наверное, так ощущается секс, впрочем, Амти не знала. Она посмотрела вниз, глаз между ее ключиц казался драгоценным канем, диковинным украшением, и он явно был живым.

— Теперь буду знать, где ты, — сказал Адрамаут. Он утер лицо и надел очки.

— Нам нужно достать тебе новый, — сказала Мескете. — Удачи, Амти. Мы будем ждать.

Мескете резко вдавила педаль тормоза, машина дернулась, остановилась и затихла. Амти подумала, что сейчас Мескете ее еще и из машины выкинет, как бы в отместку за секундную слабость, заставившую ее сказать что-то человеческое.

— Давай, четырехглазка, не погибни там, а то как же мы без тебя?

Амти фыркнула, а Адрамаут сказал строго:

— Тшш! Что ты лепишь, Шайху, милый? Во-первых, не четырехглазка, а пятиглазка, по крайней мере теперь, а во-вторых ей же обидно! Не говори так больше никогда! Малыш, все будет хорошо, мы следим за тобой и не оставим тебя. Ты наш фиброгастродуоденоскоп.

— Очень нужный предмет, — проворчала Амти, а потом спросила. — А глаз теперь навсегда?

Он жегся между ключицами почти приятным образом.

— Я вытащу потом, не переживай.

Амти еще раз осмотрела их всех, выражение лица у нее, наверное, было очень жалобное. Адрамаут протянул руку и пальцами, все еще в кровавой слизи, погладил ее по щеке.

Несмотря ни на что, это было приятно. Шайху белозубо улыбнулся ей, сияя, как отполированная монетка. Мескете некоторое время не двигалась, явно не понимая, чего от нее ожидают, а потом сказала:

— Двери разблокированы.

И Амти вышла из машины. Она покачалась на пятках, оказавшись будто бы совсем одна в незнакомом месте. Это было не совсем правдой, но и не совсем ложью. Амти изучила район по фотографиям со всей тщательностью, которой требовала от нее Мескете. Он посмотрела влево и увидела магазин «Обои», мутный анахронизм, оставшийся из времени, когда Амти была совсем маленькой и никаких больших торговых центров еще не было, а были только маленькие магазинчики, специализирующиесяна чем-то одном. Амти двинулась в сторону магазина. Проходя мимо, она проводила взглядом разноцветные рулоны обоев, они прислонились к витрине так, будто осуждающе склонились над Амти. Она невольно отошла чуть подальше, чувствуя себя очень странно.