Онлайн книга «Ночной зверёк»
|
Амти видела, что Маарни рисует что-то похожее на большую рептилию с крыльями и мешок с мечом. Выглядело довольно потешно, но Амти заставляла себя не смеяться над детским творчеством. Дети не умственно отсталые с одной стороны, убеждала себя Амти, и не пророки, возвещающие о твоей истинной сути или грядущих несчастьях с другой стороны. Когда Маарни заметила взгляд Амти, она сказала, дорисовывая рептилии алый, пугающий глаз. — Знаешь, почему я — ящерка? — Нет, Маарни, — ответила Амти. — Почему? — Потому что мой папа — дракон, — она ткнула пальцем в жутковатого вида зубастую тварь, поскребла картинку. — А мама — воин. Мескете дернула головой, посмотрела на мешок, в качестве которого изобразила ее дочка. — Мы рассказывали ей, что раньше, когда воины нашего народа вели войны, они всегда закрывали лица. Считалось, что смерть высматривает на поле боя тех, кто ей больше понравится. Поэтому наши солдаты прятали свои лица. Какие все знатоки истории, подумала Амти с досадой. А потом до нее вдруг дошло — Маарни рисовала свою маму с закрытым лицом. Она никогда не видела лица собственной матери. — Очень красиво…нарисовала, — сказала Амти, Мескете рядом хмыкнула. Амти посмотрела на экран телевизора, чтобы отвлечься и увидела Шацара. Сериал, видимо, закончился. Начались новости. Все выпрямились, все напряглись, в комнате будто бы мгновенно протянулась электрическая нить напряжения. Шацар, безупречный как и всегда, был полностью облачен в черное. Егоруки в перчатках покоились на столе, неподвижные, как у трупа. Он говорил: — То, что случилось сегодня — поистине чудовищно, дорогие граждане. Пять практически одновременных терактов в наших городах, семьдесят погибших. Это скорбный день для всей нашей страны. Мы не простим нашим исконным врагам наших мертвых. Мы не простим им крови и страданий, причиненных нам. Мы не простим им человеческие слезы. Сейчас мы должны быть сильными, как никогда. Мы должны быть вместе в это тяжелое время. Вскоре мы отомстим им, сотрем их с лица земли. В следующий раз, когда вы засомневаетесь в том, верно ли мы поступаем с тварями тьмы, вспомните, что с вами говорит Киш, с вами говорит Гирсу, с вами говорит Исин, с вами говорит Эриду, с вами говорит Лагаш. Мы не простим им горе этих городов. В данный момент у нас есть сведения об Инкарни, сумевших избежать уничтожения. Они ретировались из «Золотых врат» около двенадцати часов дня. Мы приложим все усилия, чтобы поймать их и… Все знали, о ком говорит Шацар. Они не были причастны к терактам, но они были Инкарни, и их появления было достаточно. Все они этого ожидали. — Мескете, ты не думаешь, что Маарни вредно об этом слушать? — спросила госпожа Шэа. И неожиданно Мескете сказала громко и резко, она не сорвалась на крик, но была к этому близка, впервые на памяти Амти. Она была напряжена до предела, они с Адрамаутом оба. — Мама, это мир, в котором она живет! Мир, в котором живешь ты! Мир в котором мы живем! Что ты хочешь от нее скрыть? Госпожа Шэа посмотрела на нее долгим, странным взглядом, а Адрамаут поднял Маарни, придерживая ее одной рукой, свободной взял Мескете за руку, потянул за собой. — Пойдем, ящерка, возьмем книжку и попробуем научиться говорить «спокойной ночи» молча. Мелькарт, расскажешь нам потом, чем дело кончится? |