Онлайн книга «Прощай, творение»
|
И в этиминуты Франц абсолютно, запредельно свободен, но это свобода-пропасть, свобода-провал, она страшная и пугающая. Гуннар смотрит молча, он не перебивает, не выказывает раздражения, только глаза у него чуть бледнеют, впрочем, может так падает свет. - Но если ты хочешь продолжать вести себя, как трусливая мразь, мне плевать! Я ухожу! Я... - Франц, - говорит Гуннар. И Франц в первые доли секунды думает - проняло, но потом фиксирует, что голос у Гуннара абсолютно спокоен. - Что ты творишь? - Говорю долбанную правду! - рявкает Франц. - Я не об этом, - говорит Гуннар. И тогда Франц замечает, что он абсолютно расслаблен, что нет в нем ни единой мысли о том, чтобы сдерживать собственное Слово. Собственную силу. Отчасти именно этим, может быть, и объясняется особенное чувство свободы, охватившее его. Франц смотрит по сторонам, впервые за все те минуты, когда он кричал на своего Учителя, для Франца появляется кто-то, кроме Гуннара. Франц видит, как люди, казалось бы, истощенные и усталые, казалось бы, не способные сопротивляться, вдруг звереют, кидаются на охранников. Франц и не мог себе представить, что способен вызвать столько ожесточенности в этих едва теплящихся телах. Их ненависть, копившаяся так долго, выплескивается наружу и оглушительной волной ударяется о стены лагеря. Они кричат, кидаются на солдат, бьют их подручными предметами и даже голыми руками. Франц будто со стороны, словно дурной сон, смотрит, как узники лагеря, казавшиеся такими безобидными, давным-давно сломленными, стаскивают вниз солдат, отстреливающихся из автоматов, и голыми руками, даже не озаботившись оружием, рвут их плоть, как языческие культисты или голодные звери. Другие, те, что дробили камни, дробят теперь черепа - с легкостью и энтузиазмом всаживают молотки в головы тем, кто подвернется им под руку. Люди, которые враз разгадали главную уловку власти в таких местах. Их все равно больше, чем патронов в магазине их мучителей. Тот, кто не боится смерти все равно победит. - О, Господи, - говорит Франц. Они с Гуннаром стоят посреди ада, где никто их даже не замечает, слишком много ненависти скопилось в этом месте, и слишком определенные у этой ненависти источники. Франц и не думал, что смог бы направить бешенство этих людей не на кого попало, в том числе и друг на друга,а именно на солдат, которые их охраняют. Впрочем, может быть, дело не в силе Франца, может искра, которую он им дал, легла на их мечты и надежды о свободе, которые так легко разгорелись. Франц слышит гортанные крики узников и солдат на языках, которых он даже не знает, слышит прерывистые автоматные очереди. Люди убивают друг друга вокруг него. Франц устроил бунт, даже не подумав об этом. Они с Гуннаром стоят неподвижно, будто заколдованные, будто в пределах какого-то магического круга. - Останови их, - говорит Франц, он делает шаг к Гуннару. - Я не могу. Это все равно, что останавливать животных. Это ведь твое Слово, ты должен уметь управлять им, пока ты их держишь, я ничего не могу сделать. Франц пытается сосредоточиться, но отвернувшись от Гуннара, тут же видит, как какие-то узники, больше похожие на зомби, чем на людей, вгрызаются в старшего из солдат, которые вели сюда их с Гуннаром. Солдат не сопротивляется, потому что Гуннар не додумался снять отпустить контроль над его разумом. |