Книга Звезда заводской многотиражки, страница 110 – Саша Фишер

— Ну весело же было, да? — я прижал ее к себе плотнее и заглянул в лицо. Хм. Лизавета... А ведь мы были знакомы в тот период, который для меня сплошное темное пятно в памяти... Пожалуй, не буду пока от тебя отделываться.

— Куда уж веселее! — Лизавета возмущенно задохнулась. — Я думала, что твои друзья нас тоже в машину возьмут, а они газанули и уехали!

— С чего ты взяла, что они мои друзья? — я пожал плечами. — Слушай, а что тебе сказала та женщина? Ну, помнишь...

— Ты опять?! — Лиза отстранилась от меня и сверкнула глазами.

— Милая, не сердись, — ласково пробормотал я. — Ну такой вот я сложный козел! Очень хочу исправиться и начать жизнь заново. Но сначала надо бы с проблемами разобраться...

— Ваааня... — протянула Лиза. — Вот всегда ты тааак! На тебя же невозможно обижаться, даже когда ты себя ведешь как козел. Она меня даже на порог не пустила. Вытолкала на площадку, обозвала лахудрой и шалавой, и чтобы нас обоих духу на ее пороге не было больше. Что ей надоели твои девки,и чтобы я тебе передала, что если ты еще раз появишься, то она тебя с балкона выкинет!

— С балкона, говоришь? — задумчиво пробормотал я.

— А она тебе кто вообще? Твоя любовница, да? — затормошила меня Лизавета.

— Уже никто, милая, — я снова прижал девушку к себе.

Мы вышли к площади Советов. Я с тоской посмотрел на светящиеся окна ресторана «Центральный», мысленно сосчитал финансы в своем кармане и вздохнул.

— А пойдем ко мне? — вдруг предложила Лиза. — У меня родители уехали на неделю в деревню, к родственникам, так что квартира в нашем распоряжении.

— А пойдем! — с неожиданным энтузиазмом согласился я. Да пофиг на химическую завивку, по большому-то счету. Все остальное у Лизы было в полном порядке, а гулять по улице в моих скользких ботинках на тонюсенькой подошве — это то еще удовольствие. А на ресторан у меня денег все равно нет. Кроме того, Лизу явно распирало от желания предаться воспоминаниями о наших с ней отношениях.

Идти до дома Лизы оказалось недалеко, всего пара кварталов, а потом во дворы. Вот только дом у нее оказался без всяких претензий — обычная хрущоба, пять этажей, семь подъездов. Крохотный коридор, заклееный обоями под кирпич, шкафчик для верхней одежды, бордово-зеленая дорожка. Вход в гостиную, он же вход на кухню. И еще две двери — в спальню и в кладовку. Типичная такая хрущовка, у меня аж олдскулы свело. Сервант с раздвижной стеклянной дверцей, разномастный хрусталь, старенький раскладной диван, над диваном на стене — ковер. На полу — пестренький зелено-черный палас. Телевизор на тумбочке. Экран прикрыт вязаной салфеточкой, а сверху — горшок с развесистым кактусом. От радиации защищает, наверное. Полированный стол-книжка. Уютное продавленное кресло и торшер рядом с ним.

— Хочешь чаю? — напряженно спросила Лиза.

— Хочу, — сказал я. — Но потом...

Я прижал девушку к стене и поцеловал. Она обняла меня за шею и прижалась ко мне всем телом. Меховая опушка рукава ее пальто щекотала мне ухо.

Много раз слышал ханжескую критику киношных сцен секса, когда начинают раздеваться прямо с порога. Недоумки! Да это самый лучший способ преодолеть неловкий момент в незнакомом месте же! Оба же понимают, зачем пришли, и если выполнять все эти ритуальные танцы — ах, давайте сначала чаю с пирожными, может быть, хотите посмотретьмою коллекцию наклеек от мандаринов... И оба сидят как на иголках и ждут, кто же первый даст наконец намек на то, что пора бы и потрахаться.