Книга Красный Вервольф 5, страница 17 – Саша Фишер, Рафаэль Дамиров

для дела. И все же я дал ей время вычистить содержимое изысканной фарфоровой миски

досуха.

— От кого вы получили пароль, Анна Дмитриевна? — спросил я.

— От товарища Слободского, — ответила она.

— А как вы узнали меня?

— Вас очень хорошо описала девушка в отряде. Ее зовут Наташа.

У меня на душе потеплело, но виду я не подал.

— Допустим, — сказал я. — К кому вы шли?

— Да вот сюда и шла, — не слишком удивила она меня. — Вернее — к профессору

Галанину. Адрес я знаю, но спасибо, что проводили.

— Понимаю, что это не мое дело, но в оккупированном городе нужно держать ухо

востро. Даже если у вас надежные документы, лучше не попадаться патрулям, особенно —

финским и эстонским полицаям. Сами ведь убедились в этом.

Прочитав эту нотацию, я поднялся.

— Подождите, Василий, — проговорила Шаховская, беря меня за руку и возвращая на

стул. — Я знаю, вам можно доверять. А задание у меня настолько сложное, что в одиночку не

справиться.

— И насколько я понимаю, вас отправили не по линии Главного разведуправления, —

проявил я проницательность.

— Верно, — кивнула княгиня. — Хотя, полагаю, моя миссия согласована с ним.

— Однако у здешней резидентуры своих хлопот полон рот и вам нужен человек,

формально с ней не связанный.

— Вот, видите, вы все понимаете.

— Даже больше, чем вы думаете.

— Тем более… — Шаховская помолчала, видимо, собираясь с мыслями. — В архиве

профессора Галанина хранились важные документы. Они связаны с изысканиями, которые

проводил академик Вернадский еще в двадцатые годы. Речь идет о химическом элементе,

который может стать как топливом для электростанций будущего, так и основой заряда

оружия чрезвычайноймощности.

— Вы говорите об уране, из которого можно сделать атомную бомбу?

— Вижу, вы действительно знаете больше, чем я думала… — без улыбки произнесла

княгиня. — Нацисты пытаются ее создать, но пока еще далеки от практического результата.

К счастью, для нас… Так вот, в папке есть материалы, которые могут им помочь.

— Тогда они уже в их руках. Как и профессор.

— Да. Поэтому я здесь.

— Вот с этого места поподробнее!

* * *

Пришлось профессорской жене и домработнице перебирать крупу долго. Потому что

изложение подробностей, которыми принялась делиться Шаховская, заняло много времени.

Покинув профессорскую квартиру, я медленно брел по улицам в раздумьях. Да, теперь я не

могу жаловаться на то, что пропадаю без настоящего дела. Дел у меня теперь выше крыши. И

пора собирать старую команду. Поэтому я направился на площадь, где еще должен был

работать Рубин. Заметив издалека его «греческую» физиономию, я облегчением выдохнул.

— А вот сапоги чистить! — зазывал липовый Евдоксий. — Дамочка! У вас сапожки

испачканы! Подходите! Станут как новенькие!

— Хорош глотку драть! — пробурчал я, усаживаясь на табурет и ставя ногу в

замызганном штиблете на подставку.

— Начищу, как зеркало, господин! — заголосил цыган. — Сможете бриться, в свою

туфлю глядючи.

— Какие новости? — спросил его я.

— Фрицы ждут нового коменданта, — зашептал Рубин. — Штандартенфюрера Германа

фон Штернхоффера. Лютый зверь, которого даже немцы боятся.

— Откуда ты знаешь?

— Знакомая кухарка нашептала, — усмехнулся парень. — Она в столовой комендатуры

работает. Слышала, как болтает немецкая прислуга.

— А что, немецкая прислуга болтает по-русски?

— Нет. Просто моя кухарочка знает немецкий, но скрывает это.