Онлайн книга «Красный Вервольф 5»
|
— Ты с нее поосторожнее. Сам понимаешь, она может оказаться провокатором. — Да я ей ничего не говорю, даже — не спрашиваю. Сама рассказывает. — Ладно! Теперь слушай меня! Есть дело. Для этого вы мне понадобитесь все — ты, Яшка, Кузьма, Злата. Сбор завтра в нашем подземелье. В двенадцать дня. — Эх, самая работа будет! — сокрушенно покачал курчавой башкой цыган. — Шучу! Наконец-то — дело. Надоело бабьи сплетни собирать… Да, листовки разбрасывать… Всем все передам! Я сунул ему немецкую марку. — Благодарствую,господин хороший! — громко сказал Рубин. — Всегда рад чистить ваши штиблеты! Посмотрев на часы, я направился к дому Сухомлинского. Вскоре должна вернуться с работы Марта. Да и мне не мешает посидеть в тишине и все обдумать. Уж больно заковыристая задачка. Извлечь папку с научными материалами из сейфа местного отделения Аненербе — сложно, но можно. Вытащить профессора из-за стенка — можно, но сложно. А вот как изъять из немецких мозгов то, что могло туда из этой заветной папочки попасть? И тем не менее — именно эту задачу поставило руководство перед бывшей княгиней Шаховской. Как бы бредово это ни звучало! В прихожей меня встретила Глаша. Надутые губки выражали неодобрение. Надо думать, моими любовными похождениями. Приняла у меня пальто и шляпу. Сообщила, что князь отбыл по делам, обед готов, можно подавать. Я сказал, что подожду фройляйн Зунд, чем вогнал горничную в еще большее уныние. Чтобы как-то утешить ее, я попросил подать мне кофе в кабинет. А сам прошел в ванную. Колонка была теплая, так что помыть руки можно было с комфортом, а вот к приходу Марты не мешало бы нагреть воду как следует. — Спасибо, милая! — сказал я, когда горничная принесла кофейник на серебряном подносике, с фарфоровой чашечкой и блюдечком с конфетами. Именно так любил пить кофе Базиль Горчаков, о чем я узнал, случайно. Старый князь как-то проговорился, что в «моем семействе» бытовала такая странная привычка. Пришлось соответствовать. Взяв чашечку, как положено, двумя пальцами и чтобы мизинец непременно — на отлете, я сказал: — Да, Глашенька! Скажи Захару, чтобы колонку растопил! — Мадам вернутся, и соизволят принять ванную? — съязвила горничная. Мне захотелось по-барски отвесить ей леща пониже спины, но удержало опасение, что эта шалость будет воспринята как сигнал к сближению. — Не мадам, а — мадемуазель! — поправил я. — Вернее — фройляйн. — Я по-немецки не понимаю, — насупилась Глафира. — Они моего тятеньку под Перемышлем в шестнадцатом убили. — Соболезную, но не скажи это при наших немецких гостях. Некоторые из них неплохо понимают по-нашему. Сердито стуча каблуками, она удалилась. Я остался наедине с кофе и своими мыслями. Итак, что я узнал от засланной княгини? Галанина взяло не гестапои даже — не Абвер. Он взят по заказу Аненербе, благодаря чему, собственно, жив до сих пор. Аненербе, несмотря на свою специфику, заинтересовано в участии в создании нацистского атомного оружия. Это как раз понятно. Какое ведомство первым преподнесет обожаемому фюреру вундервафлю, тому и достанутся все моральные и материальные плюшки. Дальше. Со смертью Зиверса и примыкавшего к нему графа Сольмс-Лаубаха, Аненербе в Плескау затихарилось. И это тоже понятно! Боятся попасть под тяжелую лапу Красного Вервольфа. Теперь сотрудники 'Немецкого общества по изучению древней германской |