Книга Честность свободна от страха, страница 139 – Саша Фишер

— Эй вы, — тихо сказал Шпатц выступая из-за мусорного бака. — Отпустите девушку.

Шпатц потрогал языком разбитую губу. Один из подонков все-таки сумел разок его достать. Но вот в чем-чем, а в обычной уличной драке Шпатц никогда не чувствовал себя неуверенно. Даже когда был совсем юным мальчишкой. Пнув напоследок одного из убегавших несостоявшихся насильников, Шпатц повернулся к всхлипывающей у стены девушке.

— Фройляйн Лейзе?

Лейзе что-то пробормотала во сне и повернулась на другой бок.

Шпатц накинул на ее разорванное платье свой все еще пахнущий гарью плащ. Не стал выпытывать, как она оказалась ночью на улице, просто проводил до дома. Потом она достала бутылку шнапса. Они о чем-то долго болтали, Лейзе рассказывала о своей семье, Шпатц тоже что-то рассказывал. Потом появилась вторая бутылка.

Шпатц спустил ноги с кровати и подошел к окну. По его ощущениям было все еще довольно раннее утро. Голова, как ни странно, была ясной. Несмотря на то, что ему все еще мерещился запах дыма. Шпатц включил примус. Проверил, что в чайнике есть вода и поставил его на огонь. Устроился на стуле и посмотрел на спящую Лейзе. Его зеленый фрак, в котором он собирался идти на маскарад, сгорел вместе со шкафом. Следовало что-то немедленно предпринять по этому поводу, но ведь это может и подождать полчаса, верно?

Зашумел закипающий чайник, Лейзе заворочалась и подняла растрепанную голову. Охнула и снова опустила ее на подушку.

— Чаю, фройляйн Лейзе?

Через четверть часа девушка, приняв душ, пришла в себя. Ону забралась с ногами на стул, напротив Шпатца, стараясь не поворачиваться к нему той щекой, которую «украшал» синяк.

— Я жедолжна была что-то тебе рассказать, но вчера как-то забыла! — Лейзе отставила кружку чая. — Про нового парня Клод. Точнее, уже бывшего нового парня. Такой скользкий тип, мне он сразу не понравился. Его звали, кажется, Фриц. Или Фред. Дядечка такой средних лет. Когда он приходил, Клод меня сразу просила пойти погулять, так что я его только мельком видела. Позавчера… А, нет, три дня назад они поругались. Я не видела, Клод мне рассказала. Принес, говорит, букет цветов, подарил золотую цепочку и завел разговор про… тебя. Он хотел, чтобы Клод зазвала тебя в гости и подлила в выпивку какую-то дрянь. Говорит, разлился жидким медом, как озолотит ее за такую небольшую услугу. Сказал, что на самом деле он твой доктор, а ты опасный псих. И что тебе надо принимать лекарства, чтобы… В общем, Клод в его вранье не поверила, разбила склянку об стену, вытолкала скользкого дядечку за дверь и букет ему вслед зашвырнула. А цепочку мы отнесли в ломбард, обойдется…

— Интересно… — Шпатц долил в свою кружку еще горячей воды.

— Я по твоему лицу вижу, что ты ничуть не удивлен, — хихикнула Лейзе. — Не успел приехать, а уже играешь в какие-то опасные игры?

— Не настолько опасные, как ты, фройляйн Лейзе, — Шпатц грустно улыбнулся.

— Я… я до сих пор не поблагодарила тебя за вчерашнее…

— Могу напомнить, как одна хрупкая фройляйн вытаскивала бесчувственного меня из-за мусорных баков, — Шпатц подмигнул. — Мне повезло, что я оказался поблизости. Не хотел бы, чтобы с тобой случилось что-то плохое.

Шпатц свернул на Тульпенштрассе, и сразу же увидел притертый к тротуару мобиль Боденгаузена. И самого инспектора, который стоял, подпирая стену, курил и читал утренний номер «Билегебен цайтунг».