Книга За глупость платят дважды, страница 101 – Саша Фишер

Шпатц забрался в ванну и погрузился в горячую воду с пенной шапкой по самую шею. Сквозь шум воды он услышал, что Крамм разговаривает с кем-то по телефону. Не стал прислушиваться. Просто прикрыл глаза.

— Герр Шпатц, — Крамм осторожно постучал в дверь ванной. — У тебя все хорошо?

Шпатц пошевелился и понял, что вода давно остыла, а пенная шапка превратилась в плоские кружевные узоры на поверхности.

— Все хорошо, герр Крамм, — Шпатц поднялся. — Я просто задремал.

Шпатц открыл глаза и сразу зажмурился. Яркий луч солнца пробивался через щель в шторах. В желудке отчетливо урчало, напоминая о том, что в суете вчерашнего дняони забыли поужинать. И пообедать. Шпатц посмотрел на подсохшие ожоги на своих ладонях и понял, что вчерашняя мрачная тоска отпустила. Мир снова обрел цвета и запахи. А мысль о кофе и бутербродах волновала сейчас, пожалуй, даже больше, чем печальная судьба Вишеринга и Лангермана.

Шпатц спустил ноги с кровати и прислушался. В гостиной раздались тихие шаги, потом скрипнул диван и зашелестели газетные страницы. Похоже, что Крамм уже проснулся. Шпатц встал, накинул халат и открыл дверь спальни.

— Доброе утро, герр Шпатц, — Крамм поднял глаза от свежего номера «Аренберги-цайтунг». — Точнее, уже почти полдень.

— Странно, что я не чувствую запаха кофе и свежей выпечки, — Шпатц демонстративно потянул носом. — Фройляйн Маргрет больше не хочет нас баловать?

— Видимо, у нее появились другие дела, — Крамм перевернул страницу. — Я перекусил часа два назад, но сейчас уже готов даже на завтрак в нашем ресторане. Вот только...

— Может быть, вызовем такси до марктплаца? — при мысли о пресной еде и жидком кофе аппетит Шпатца несколько угас.

В этот момент в дверь требовательно постучали. Крамм отложил газету и встал. Ни тени удивления или ожидания на его лице не появилось. По всей видимости, он кого-то ждал.

— Я не нанималась работать для вас курьером, Крамм! — неприятный визгливый голос. Возмущенные интонации. Это были совсем не те звуки, которые Шпатцу хотелось услышать. — Как я понимаю, никаких хороших новостей у вас нет?

Шпатцу не хотелось оборачиваться и смотреть на гостью. Но она уже ворвалась в гостиную и грохнула на стол объемную сумку.

— Доброе утро, фройляйн Диммах, — сказал Шпатц как можно более нейтральным тоном.

— Не такое уж оно и доброе, Фогельзанг, — женщина осуждающе посмотрела на халат Шпатца. Сама она была одета в мужской брючный костюм. На шее — темный галстук, повязанный свободным узлом. — И не называйте меня фройляйн!

Шпатц пожал плечами, встал и направился в ванную комнату. Благовидный предлог не продолжать общение с этой неприятной дамой. Даже если она явилась по делу, то явно не к нему.

В шум воды диссонансом вклинивались нотки неприятного голоса Диммах. Крамма было не слышно, хотя он явно что-то ей отвечал. «Наверное, мне бы стоило проявить хоть какое-то любопытство?» — подумал Шпатц,доставая из шкафчика бритвенный прибор. Но любопытство не появилось. Зато в голову закралось беспокойство о Маргрет. Может быть, с ней что-то случилось? В желудке снова заурчало. Шпатц укоризненно посмотрел на себя в зеркало. «Признайся себе, — мысленно сказал он своему отражению. — По ее стряпне ты сейчас скучаешь гораздо больше, чем по ней, верно?»

Из гостиной снова раздались вопли на повышенных оборотах. Диммах была явно чем-то недовольна, о чем и сообщала Крамму в неразборчивых сквозь шум воды сообщениях. Шпатц, как раз собиравшийся закрутить кран, замер. Вообще-то собственная ванная, да еще и без необходимости экономить воду, пока еще не стала для него делом привычным. Поэтому обычно он старался без необходимости не расходовать воду сверх нужного объема. Но сейчас он предпочел изменить своим привычкам.