Книга За глупость платят дважды, страница 104 – Саша Фишер

Поднявшись в номер, Шпатц устроился на диване, выудил из пакета бутылку пива, открыл ее и с наслаждением сделал глоток. Крамм же принялся раскладывать по местам покупки.

— Ты кого-то ждешь, герр Шпатц? — Крамм вышел из своей спальни и тоже взял бутылку.

— Почему вы так решили? — Шпатц уже допил свое пиво и обдумывал, не взять ли еще бутылочку.

— Ты как будто прислушиваешься к шагам за дверью, — Крамм сел на кресло напротив Шпатца.

— Отсутствие Маргрет начинает меня беспокоить, — Шпатц встал. — Обычно она прибегала, стоило нам появиться в гостинице. Но она не появилась вчера и сегодня. Может быть, зайти к ней в номер и проверить, дома ли она? Может быть, у нее что-то случилось?

— И что мы сделаем, если ее не застанем? — Крамм сделал длинный глоток пива. — Поедем искать ее дом в трущобах?

— Так далеко мое беспокойство не простирается, — Шпатц усмехнулся и направился к двери.

— Ты хочешь прямо сейчас к ней зайти? — Крамм с неохотой встал.

— Не вижу причин откладывать, — Шпатц пожал плечами. — Если не проверить, то я буду все время возвращаться к этой мысли. — Кроме того, мне действительно нравилась ее стряпня.

Манфреда они нашли в его комнате на первом этаже. Он сообщил, что выделил Маргрет однуиз комнат для прислуги на втором этаже. Ключ она ни разу ему не отдавала, так что он не знает, дома она сейчас или куда-то отлучилась. Блок прислуги второго этажа пустовал, так что в распоряжении Маргрет были собственная маленькая кухня и ванная комната, которой обычно пользовались все, кто там проживал.

Шпатц осторожно постучал в дверь, но никто не отозвался. Толкнул дверь. Она оказалась не заперта.

— Фройляйн Маргрет? — Шпатц шагнул в полумрак комнаты. Окна выходили на глухую стену, кроме того были плотно зашторены, так что свет сюда почти не проникал. — Вы здесь?

Замер. Подождал, когда глаза привыкли к полумраку. Почувствовал, что руки его холодеют. Вряд ли Маргрет по своей воле решила прилечь на полу за шкафом... Одна из ее красных туфель валялась посреди комнаты, другая — осталась на ноге. Платье разорвано на груди. Под головой расплылась бурая лужа уже засохшей крови. Распахнутые глаза смотрят в потолок. Рот приоткрыт, как будто она удивлена. Она была мертва, никаких сомнений.

— Похоже, что ее убили случайно, — Крамм указал на угол стола, испачканный кровью. — Возможно, толкнули. Или она сама неудачно отпрянула... Смотрите, герр Шпатц. Выглядит так, словно она кого-то впустила, потом он схватил ее за платье, она его толкнула, сделала шаг назад, потом у нее подломился каблук, и она упала вот сюда. А потом этот некто ее подхватил и положил чуть левее. Беспорядка нет, никто не пытался обыскивать комнату. Похоже, это случилось вчера вечером.

— То есть, если бы мы зашли к ней, когда вернулись, то она была бы еще жива? — Шпатц отвернулся. Не то, чтобы он испытывал к Маргрет какие-то особенные чувства, но живой она ему нравилась все-таки гораздо больше, чем мертвой.

— Может быть и нет, — Крамм осторожно обошел комнату. — Мы вернулись, когда уже было темно. В это время можно ходить только тем, у кого есть ауслассунг.

— Скорее всего, это был ее приятель, — Шпатц приоткрыл штору и внимательно осмотрел комнату. — Тот самый, который считал ее своей девушкой. Из птенцов гнезда Бенингсена.