Книга За глупость платят дважды, страница 16 – Саша Фишер

— А ты видел где-то по дороге продуктовые магазины? — Крамм иронично усмехнулся. — Впрочем, мы всегда можем спросить...

Анвальт встал и направился к стойке. Официантов в этом ресторане не предполагалось, еду выдавал рослый юноша, дежуривший у окна раздачи. Шпатц проводил Крамма взглядом и грустно вздохнул, вспомнив пиво и мясо в подвальчике фрау Вигберг. Размером «Гегрильтес-фляйш» был очень похож на его первый бар в Билегебене, но на этом сходство заканчивалось. Из посетителей, кроме них с Краммом был только один неприветливый старик, угрюмо зыркавший на них из-за столика в углу, никаких шелестящих бусин на входе и уютных тусклых светильников. Стены выкрашены унылой грязно-зеленой краской, под потолком горят три ярких лампочки в «больничных» абажурах в форме шаров. Единственное украшение интерьера — плохая репродукция какого-то морского пейзажа в дешевой рамке на стене. Впрочем, эта картина только подчеркивала общую убогостьобстановки. Поговорив с юношей на раздаче, Крамм вернулся за стол.

— Ну что ж, кое-что выяснить мне все-таки удалось, — Крамм сделал еще глоток пива, сморщил нос и отодвинул стакан в сторону. — Правда, не могу сказать, что я невероятно рад, тому, что узнал. Оказывается, продукты здесь принято закупать на марктплацах. В городе их несколько, но этот милый юноша знает всего два — тот, на который ездит хозяин этого кафе на закупки, и второй, куда ходит его мать.

— Марктплац? — переспросил Шпатц. — Это что-то вроде сельской ярмарки?

— Похоже, что не совсем, — Крамм достал из кармана портсигар, поискал глазами пепельницу и наткнулся на табличку «КУРИТЬ ЗАПРЕЩЕНО!». Спрятал портсигар обратно в карман и криво ухмыльнулся. — Городской совет Аренберги решил, что открывать магазины, парикмахерские и прочие присутственные места в любом месте — это непорядок, бардак и ведет к хаосу и лености простых обывателей. Поэтому в городе было выделено несколько мест, где любой желающий может открыть свой магазин или, скажем, прачечную.

— А это место как же? — Шпатц обвел взглядом убогую обстановку «Гегрильтес-фляйш».

— А заведения вне марктплацев открываются строго по квоте и принадлежат городским властям, — Крамм развел руками.

— Хм... — Шпатц нахмурился. — И как же принято добираться до этих удивительных мест концентрации товаров и услуг?

— На маршрутном ластвагене, — ответил Крамм. — Причем они бесплатные.

— Знаете, герр Крамм, моей первой мыслью было немедленно выхватить крупную купюру и помахать ей перед дорогой, чтобы поймать удобный мобиль и домчать до места, не толкаясь среди несчастных кронцландцев, которые не могут даже просто горячую булочку купить, не устраивая из этого целую продуктовую экспедицию, — Шпатц криво усмехнулся. — Но, думаю, это будет неправильно. Нам же нужно узнать город, верно?

— Не уверен, что хочу узнавать город с этой стороны, — проворчал Крамм. — Что это с тобой? Ты решил как король из сказок одеться в штатское и прочувствовать жизнь народа изнутри?

— А вы считаете, что это лишнее, герр Крамм? — Шпатц подмигнул. — Если нам не понравится, мы в любой момент можем покинуть ластваген и перейти к маханию крупной купюрой на дороге.

К счастью, опасения не оправдались. Движение ластвагенов работалокак отлаженный механизм — в салон запускали ровно столько пассажиров, сколько было посадочных мест, затем ваген уезжал, и его место тут же занимал следующий. Очередь на остановке, сначала показавшаяся Шпатцу и Крамму бесконечно длинной, двигалась быстро, не прошло и четверти часа, как они сидели на своих местах, и ластваген вез их по широкой улице, отведенной исключительно под движение ластвагенов, в сторону ближайшего марктплаца с гордым названием Гольденштир.