Книга BIG TIME: Все время на свете, страница 103 – Джордан Проссер

Чарли говорит:

– Скоро настанет такой день, Джулиан, когда вам выпадет возможность уехать из Восточной Австралии. Когда эта возможность возникнет, вы ею воспользуетесь. Еще б не воспользовались. Потому что к тому времени здесь для вас больше ничего не останется. Могу сказать вам с абсолютной уверенностью, что МВП заводит дела на вас и на всех ваших друзей вот в эту самую минуту. И не просто обычный винт – нет, мальчик мой. Для всех и каждого из вас они будут расстилать красный ковер. Потому вы и уедете. Великолепно. Ориана вам в этом поможет. Вам все компенсируют, и о вас позаботятся. В итоге у вас может даже получиться вполне приятная жизнь. От вас нам нужно только, чтобы взамен вы ширнулись больше Б. Мы хотим, чтобы вы сиганули, а затем вернулись и рассказали людям, что́ видели. Сказали им правду.

– Мы никогда не встречали никого с твоим уровнем переносимости, – говорит Ориана, губы ее – у самого уха Джулиана. – Был Эдмонд в Байрон-Бее. Мы считали, что он наш лучший шанс. Но ему вскружило голову. Поэтому старый пердун взял и угробился, просто чтобы посмотреть, как взрываются какие-то там звезды.

Чарли снова принимается жевать фисташки, не переставая говорить, рука постоянно у рта.

– У нас в ЗРА есть пиар-фирма, которая уже работает над вашей медиа-персоной. Мы подумываем о международном вещании. О приватных консультациях с влиятельными личностями. При правильной рекламе, нашем руководстве и вашем обаянии – которое, как меня заверяет Ориана, вы способны применять при необходимости, – вы могли бы выйти на всемирный уровень. Вам только нужно рассказать правду. А затем настанет такой день – один прекрасный особый день, когда мы вам скажем, что время пришло, – и вы расскажете одну небольшую ложь.

Джулиан шевелит губами, но зубы разжать не может.

– Что за ложь?

– Проще простого! – Чарли вскидывает руки, разбрасывая скорлупки от фисташек среди серверных кабелей. – Вы скажете, что видели падение Федеративной республики Восточной Австралии. Скажете, что видели, как свергают Центральное правительство, а его министерства распускают. Скажете, что видели, как Вождь бежит, на него открывается охота, затем его объявляют погибшим. Вот и все. После этого дело сделано.

– Так мне просто какую-то срань надо сочинить? – выдавливает из себя Джулиан, зардевшись. – И что это все должно дать?

– Новости просочатся обратно на восток, – говорит Ориана. – Мы полагаем, это и станет тем, что приведет колеса в движение. – Она касается его плеча. – Самосбывающееся пророчество.

– Бескровный путч, – произносит Чарли. – Coup d’voila.

Джулиан качает головой. Голова его качает все тело.

– Это не я, – говорит он. – Уж и не знаю, что́ вы обо мне слышали. Или что вам рассказывала Ориана. Но я никакой не революционер.

– Я считал вас художником.

– Да я же просто басист, ебена мать!

– Разве каждый музыкант не мечтает записать звуковую дорожку к революции? А так вы станете само́й революцией.

– Я сочиняю поп-музыку, – отвечает Джулиан. – Три с половиной минуты бодрого барахла, и так по десять раз каждые два года.

Чарли подступает ближе, вжимая руки в ряд сидений прямо перед Джулианом. От него пахнет зеленью фисташек, синью курчавой мяты, бурью старых десен.

– Дорогой мой Джулиан, – говорит он. – Каждый божий день вас окружает боль других людей. Неужели вы ее не чувствуете?