Книга BIG TIME: Все время на свете, страница 181 – Джордан Проссер

Посреди всего этого, когда Элена как-то раз спросила, как ей их называть, сообщения ответили:

Маль – это как имя Малькольм? – написала Элена.

Маль был призрачным другом Элены по переписке. Они разговаривали о жизни. О своих отцах. Маль давал Элене советы – иногда невнятные и философские, а в другие разы пугающе конкретные. Именно Маль подбросил Элене ту наколку, которая и привела к тому, что ее в итоге перестали подозревать в чем бы то ни было после гибели ее коллеги-инспектора. Именно Маль потом дал Элене еще однунаколку, недвусмысленно подразумевавшую, что в убийстве виновен другойее коллега. Темколлегой оказался второй бывший муж Элены. Она эту победу списала на свои инстинкты.

Когда у Элены разыгрывалось нетерпение и она вспоминала о Бёрне – после одного дела о другом убитом иностранце, – или по ночам, когда просыпалась, цепляясь за обрывки снов об отце, – она приставала к Малю, угрожая прервать общение, если они ей не расскажут все, что знают.

> Теперь уже недолго, – осторожно отвечал Маль – это обещание становилось все большей правдой по мере того, как миновала жизнь.

* * *

За неделю до ухода на пенсию (вялые разноцветные ленточки и полунадутые шарики в конторе, клеклый торт tres leches[69]в бальном зале с кондиционированным воздухом, близких друзей для человека, прожившего жизнь, не то чтобы достаточно), на журнальном столике блямкнул телефон Элены.

Элена подождала, затем увидела, как на экране возникает закладка видео. Нажав на воспроизведение, она посмотрела закольцованную зернистую съемку из переулка в Ла-Канделарии – того переулка, который ее отец исходил вдоль и поперек бессчетное число раз за все те годы до своей смерти. Кадры показывали знакомого щуплого с виду туриста, который бочком заскочил в общественный туалет. Потом с другой стороны появился второй человек и тоже зашел туда. Минута времени. Поспешно вышел второй человек, а вот первый – Брайден Бёрн – так больше и не появился.

> Bonne chance[70], – написал Маль Виванте и откланялся навсегда.

* * *

Рудиментарный анализ лица быстро разобрался с этим видео. С вероятностью 99,99 процента человека на кадрах съемки он определил как Джулиана Беримена, больше известного как «Джулиан Б». Десятки лет назад Беримен стал печально знаменит из-за череды пугающе точных предсказаний, которые транслировала пиратская информационно-развлекательная сеть, в чьих студиях произвели облаву вскоре после того, как Джулиан прекратил появляться в ее эфирах, и закрыли ее. До этого Беримен играл на басу в незапамятной восточноавстралийской рок-группе под названием «Приемлемые», чей дебютный альбом стал неожиданным хитом примерно в то время, когда Элена заканчивала школу, а ее отец работал над делом Бёрна. Она хорошо помнила тот период – Эффект Кабреры и те так называемые «Небесные пленки». В то время каждый день приносил новые сообщения о причудливых происшествиях и необъяснимых явлениях. В одночасье возникали новые отрасли науки, ставившие под сомнение природу нашей реальности и всенаправленный поток времени. Людей это поглощало. В свои первые несколько лет на работе Элена занималась бессчетным множеством убийств, в которых единственным мотивом преступника было истовое подозрение, что его жертва – или «враждебный путешественник во времени», или «петлевой гремлин», или вызвал предполагаемое «отклонение от временно́го потока». Эти диванные хронофеноменологи набрались подобной терминологии у комментаторов вроде опозоренного Деметриса Фама или программ вроде «ХроноВахты», осмосом всасывая в себя модные мании, а затем выплевывая их обратно в мир. И все это подчеркивалось заразительными невинными поп-балладами той единственной группы.