Книга Темный флешбэк, страница 52 – Александр Лонс

Все хорошее рано или поздно заканчивается.

Из больницы я выписался ровно через месяц после поступления. Накупил кучу таблеток, прописанных Стивом: тот настоятельно велел, чтобы я их всегда имел при себе, а в случае необходимости принимал. Напоследок он сказал так: «Я всегда предупреждаю своих пациентов о вероятности рецидива и советую возобновлять лечение, как только становится хуже, даже до того, как они попадут ко мне на прием. После одного эпизода рецидив предупредить можно, но нет общего мнения о продолжительности приема лекарств. Как правило, чем больше рецидивов в анамнезе, тем длительнее необходим курс. А пока, Пол, подожди еще пару минут – доделаю твой выписной эпикриз».

Лекарства оказались безумно дорогие, в основном всякие модификаторы, модуляторы, хелперы, антистрессоры и селективные антидепрессанты. Среди всего этого богатства имелся чудесный препарат, который якобы помогал от приступов паники. Я тогда внимательно прочитал все приложенные к лекарствам описания и ржал от всей души. В общем, дело обстояло примерно таким образом: чем круче и эффективнее препарат, тем страшнее описание побочных эффектов при его употреблении. Судя по запискам, успокоение взбесившихся нервов возможно только в комплекте с безудержным рыданием, с отмиранием всех человеческих чувств, со «вкусовыми сенсациями», «парадоксальными реакциями», а также с внезапной остановкой дыхания и сердечной деятельности. Но все это еще цветочки. Как уже после мне пояснил Стив, оказывается, в описании препаратов, рекомендуемых, в частности, для шизофреников, параноиков и маньяков, ни в коем случае нельзя упоминать названия их болезней, ведь пациенты-то читают приложенные к таблеткам бумажки внимательнее всех. Увидев знакомое слово, всенепременно побегут к лечащему врачу со словами: «Доктор, вот мне дали лекарство для параноиков, но я-то не параноик». Или будут капать на мозги и подозрительно требовать: «Доктор, у меня что, паранойя? Нет, вы честно мне скажите – паранойя, да?» Поэтому во вкладышах к лекарствам встречаются такие жемчужины словесности, как «…при несовпадении суждений о реальности с окружающим миром» или «… при избыточном беспокойстве о не очень существенных вещах».

А вообще Стив мне тогда очень здорово помог. Депрессии как не бывало, и жизнь снова казалась приятной, интересной, обещающей массу новых впечатлений. Ну что ж, в смысле впечатлений я вполне угадал.

Через несколько месяцев после больницы наступил тот замечательный день, когда возникло удивительно мерзкое и гадостное настроение, причем было совершенно непонятно, почему именно такое, вроде бы и причин-то особых не было, даже наоборот. Я уже испугался, что начался обещанный Стивом рецидив, и думал начать прием таблеток, но вовремя удержался от искушения. Флешбэк, как говорят наркоманы.

Скорее всего, причиной такого состояния послужил очередной разговор с шефом.

Утром Старик вызвал меня так неожиданно, что я не успел нормально подготовиться. Вернее, не вызвал, а задержал. В тот день, как только я вернулся с обеда и устроился за своим столом, поступил вызов от Билла – моего тогдашнего патрона:

– Ну? Ты чего расселся? Сейчас совещание у директора, через пять минут начало.

Директорские совещания проходили у нас по средам, и присутствовать там обязаны не только начальники отделов, но и руководители групп. В тот день был вторник.