Книга Бирюзовый Глаз, страница 271 – Александр Лонс

– Не, не боюсь. Специально звукоизоляцию ставил, чтобы никаких шумов не слышалось. А главное, чтобы от меня звуков не доносилось. Видишь, какие стены? Потолок и пол тоже такие. С чем пожаловал?

– Как это «с чем»? Сам же меня позвал. Забыл что ли? Обещал что-то.

– А, да, конечно, было такое дело, я и запамятовал совсем. Столько времени прошло. Коньяк будешь? Опять за рулем? – с этими словами Евгений отпустил бутылку и сватался за компьютерную мышь. – Вот всегда с тобой так. А напрасно, это настоящий Хеннесси. Увлекаюсь немного. Каких только увлечений у меня не было! В частности, существовал период, когда я делал домашнее вино. Качественно так делал, по строгой рецептуре, по технологии, используя настоящую винную культуру дрожжей, а не «уличную» заразу. Друзья хвалили, все пили со мной за компанию, только вот незадача – заметил я, что вино это как-то скверно на мозг воздействует. То есть на другое утро как-то нехорошо делается, давление поднимается, черепок бо-бо… Короче, завязал я с этим занятием, а при моей относительной малопьющести, потеря не выглядела серьезной. Ну, нету больше вина, и не надо. Теперь предпочитаю крепкие напитки – в редких случаях и в небольших количествах. Последний раз спрашиваю, точно не будешь? А то оставляй свою тачку в моем дворе, потом заберешь, как только просохнешь. Нет? Ладно, нет – так нет. Тогда к делу. Знал я одного человечка. Типа, писатель такой, который до дрожи в коленках боялся, что его тексты украдут некие внешние злые силы. Кто украдет, зачем – вопрос отдельный. Не так уж и гениален был этот мой знакомый, чтобы воры становились в очередь заего нетленкой. Причем, боялся он столь сильно, что отсоединил свой рабочий компьютер от интернета, а для общения купил специальный ноутбук, где ничего не писал и данные не хранил, а сам компьютер всегда с собой таскал, даже в сортир. Давно его знаю. И вот как-то раз этот организм поделился новостью, что отдал в редактуру новую книгу, но при этом просил никому факт не разглашать, ибо конкуренты и плагиаторы не дремлют, могут в компьютер залезть, даже квартиру взломать и рукописи похитить. Поэтому просил он, чтобы я сохранил у себя некий его портфель с бумагами…

– Извини, перебил, – невежливо встрял я, – но откуда у тебя вообще мог вдруг образоваться такой беспокойный приятель? С чего бы?

– Да никакой он не приятель, говорю же. Просто шапочный знакомый, псих и параноик к тому же. Он как-то захотел, чтобы я программу ему написал, которая при запуске быстро и гарантированно безвозвратно уничтожала бы данные с флешки. Новую программу, отличную от уже имеющихся аналогов.

– И ты не написал? – спросил я, ни разу не понимая, с чего бы мне слушать про каких-то сумасшедших приятелей Евгения.

– Написал, почему не написал? – не то удивился, не то даже слегка обиделся мой друг. – А в тот же день принес он на сохранение свой портфель, точно такой, как у меня в школе был, с двумя внешними замками. Такие еще в старых советских фильмах можно увидеть, где про бюрократов, председателей колхозов и деревенских партийных секретарей. Ну, что, взял я этот портфель, запихнул на антресоли и забыл напрочь. Прошло какое-то время, как вдруг получил я письмо с гневными обвинениями в разглашении того самого страшного секрета про новую книгу. Следом явился и сам автор, лично, с требованием портфель немедленно вернуть. Незамедлительно, вот прям щаз. Я молча достал и в руки ему сунул. Он обнял его, как родного младенца, на колени положил и стал разглядывать. Видел бы ты, как он его изучал, как замки проверял! Наверно, там какие-то секретные метки стояли, чтобы сразу определить – вскрывали или нет.