Книга Смерть в вязаных носочках, страница 95 – Аманда Эшби

— Все произошло слишком быстро. А что вы делали там так поздно?

— Я возвращался с заседания исторического общества, как вдруг увидел в проулке чью-то тень. Когда остановил машину, увидел, что дверь хранилища уже открыта, а внутри кто-то есть. Понятия не имею, где преступник взял копию ключа. Человек в маске доставал книги и что-то искал. Потом, — Гарольд закашлялся, — я очнулся и увидел, что начался пожар, а дверь заперта. Грабитель, наверное, чем-то меня ударил, и я потерял сознание. Я плохо соображал, но благодаря вам знал, где огнетушитель, и знал, что он в рабочем состоянии.

Значит, это правда. Кто-то пытался убить Гарольда.

Джинни прислонилась к кровати. Обычное спокойствие покинуло ее. Хотелось думать, что с Гарольдом все будет в порядке, но уверенности не было. А это значит, что в городке может произойти еще одна смерть.

— Как вы думаете, что искал тот человек?

— Теряюсь в предположениях. Но не думаю, что его поиски увенчались успехом, если только он явился не за плесенью. — Теперь Гарольд был больше похож на себя. — Мне стольких трудов стоило привести архивы в порядок! Я быстро понял, что нам нужно помещение с вентиляцией получше. К сожалению, Мэриголд отказалась выделить деньги, поэтому я заплатил за все сам.

Тут у Джинни перехватило дыхание: ее настигла ужасная догадка.

— Так, значит, вы все это время действительно разбирали архивы. А н-не искали потерянные документы окружного совета, да?

Гарольд в ответ заморгал, и Джинни в первый раз увидела, что его ресницы за стеклами очков опалены.

— Документы совета? Конечно нет. Я думал, что ясно дал понять, чем именно занимаюсь. Почему вы так решили?

— Потому что она знает тебя не так хорошо, как я. — Высокий, хорошо одетый мужчина подошел к Гарольду и тряхнул головой. Волосы эффектно упали на бровь, в речи угадывался французский акцент. — Поймите, Гарольд — человек кристальной честности.

— Скажешь тоже… — Гарольд снял очки и протер стекла. — Да, знакомьтесь: мой двоюродный брат, Майлз Дюма.

— Рада знакомству, Майлз. Боже мой! Простите, пожалуйста. Как мне только в голову такое пришло, — пролепетала Джинни, не в силах скрыть, как ей стыдно.

— Что вам пришло в голову? — спросил Гарольд.

— Что ты как-то причастен к убийствам, — с улыбкой пояснил Майлз. — Это вполне объяснимо, учитывая, в каком виде ты являлся домой. Одной только пыли было столько, что мне пришлось все перестирывать по два раза.

— Значит, безупречные костюмы Гарольда — ваша заслуга? — Джинни заставила себя опустить руки и повесила голову.

Однако Майлз, кажется, скорее счел себя польщенным, чем обиделся:

— Как приятно, что мой труд оценили.

— Если вы закончили, — сухо сказал Гарольд, снова становясь собой, — я хотел бы вернуться к вопросу о том, почему меня записали в предполагаемые убийцы.

— Я прочитала про Уилбертон-резерв. Ваша семья пожертвовала заповедник окружному совету на условии, что в нем ничего не будут менять. Но совет нарушил это условие и уничтожил документы… — Джинни замолчала.

— Так и есть. Но совет годами грозил, что продаст участок. Задолго до того, как Мэриголд Бентли выбрали председателем. Пока мы пытались доказать верность первоначальных условий соглашения, мой юрист сдерживал рвение совета. Произошедшее меня страшно разозлило, я только об этом и думал, мы с Майлзом чуть не разругались. Но в конце концов он дал мне понять, что мои действия вредят мне самому.