Книга Смерть всё меняет, страница 89 – Джон Диксон Карр

Каждое слово той истории, которую вы рассказали нам, как бы безумно оно ни звучало, – правда. Это вполне очевидно. Убийца затащил сюда мертвое тело Морелла, пока вы находились в кухне. Убийца включил верхний свет, подготовил сцену, выстрелил в пустоту. Затем убийца толкнул тело Морелла на кучку красного песка и выскочил наружу.

– Мы слышали выстрел, – не отставала Констанция, говоря все тем же пронзительным голоском.

Грэм развернулся к ней.

– Да, мисс, слышали, – подтвердил он и продолжил, неторопливо поведав вновь прибывшим все, что здесь происходило.

Ни Констанция, ни Джейн не стали ничего говорить. Первая сильно побледнела, вторая держалась спокойно, но смотрела во все глаза. Яркий свет люстры высвечивал малейшие изменения мимики.

– Значит, Тони был застрелен, – выдохнула Констанция, а затем замолкла, – не здесь.

– Не здесь, мисс.

– И он был застрелен… не в половине девятого.

– Нет, мисс. За несколько минут до того. Почти тогда же, разница всего в несколько минут, и потому ни один врач не сможет установить точное время.

– И его не мог убить… папа.

– Нет, мисс. Я как раз к этому подхожу. Есть только один человек, всего один, кто мог бы его убить. Только один человек, у которого были причины попытаться изменить время и место убийства. Только один человек, который заставил нас поверить, что Морелл был застрелен здесь в половине девятого, а не в другое время и в другом месте, потому что в ином случае ему конец. Теперь у нас имеются улики против этого человека. И я продемонстрирую их вам сию секунду.

Грэм помолчал. Собрался с мыслями. Лицо его густо пошло земляничными пятнами, и он сделал такой вдох, словно собирался нырнуть. Затем он прошелся по комнате и опустил руку на плечо одного человека.

Он произнес:

– Фредерик Барлоу, я вынужден требовать, чтобы вы отправились со мной в полицейский участок Тониша. Там вам будет предъявлено официальное обвинение в убийстве Энтони Морелла, и вы будете помещены под стражу до того момента, как предстанете перед судом в Эксетере через неделю, считая с сегодняшнего дня.

Позже, гораздо позже, доктор Гидеон Фелл пытался припомнить выражение лиц тех, кто присутствовал в комнате, когда они услышали это обвинение.

Это было трудно. Он помнил цвета одежды, позы, в которых стояли или сидели люди, даже то, как падали тени, а вот остальное было смутно и размыто. Он помнил, что Констанция зажала рот рукой. Он помнил, что судья Айртон едва кивнул, словно бесстрастно дожидаясь услышать продолжение. Однако все остальное стерлось, поглощенное волной боли, смертельного страха и боли, хлынувшей от Джейн Теннант и лишившей ее дара речи.

Фред Барлоу, сидевший на подлокотнике дивана, повернул голову к доктору Феллу. Он был в спортивном костюме, коричневом, с черной отделкой, с растрепанными волосами. Доктор Фелл видел его профиль, четкий, словно отчеканенный на монете, и играющие на скулах желваки.

– Так вы считаете, это я сделал, – заметил он, не выказывая особого удивления.

– Естественно, сэр. Мне жаль.

– Инспектор, – произнес Фред, – где именно был убит Морелл? По вашему мнению?

– В начале переулка Влюбленных. На песчаной дюне с кочками травы, по другую сторону от главного шоссе.

– И в котором часу он был убит? Опять-таки – по вашему мнению?