Онлайн книга «Дело о нескончаемых самоубийствах»
|
– Здесь определенно не испытывают недостатка в еде. Посмотрите на витрины этих лавок! Вон та штука – хаггис. Это… Лицо Кэтрин побагровело. – Мистер Свон, – отрывисто произнесла она, – могу я заверить вас, что вы ошибаетесь? Я сотрудник исторического факультета Харпенденского женского колледжа… – Я впервые вижу хаггис, но не могу сказать, что мне нравится его вид. Он умудряется выглядеть более голым, чем любое мясо, которое я когда-либо видел. То, что похоже на ломтики колбасы, называется ольстерской поджаркой. Это… – Мистер Свон, пожалуйста, уделите мне внимание. Этот джентльмен – доктор Кэмпбелл из Университетского колледжа в Хайгейте. Мы оба можем заверить вас… И снова Свон резко остановился. Он огляделся по сторонам, словно желая убедиться, что их не подслушивают, а затем быстро заговорил низким, серьезным голосом. – Послушайте, мисс Кэмпбелл, – сказал он, – я человек широких взглядов и знаю, как все это бывает. Мне жаль, что я вообще затронул эту тему. – Но… – Все эти разговоры о том, что я плохо спал, – полная чепуха. Я заснул сразу, как только вы выключили свет, и после этого не слышал ни звука. Так что давай просто забудем, что я вообще об этом говорил, хорошо? – Пожалуй, так будет лучше всего, – согласился Алан. – Алан Кэмпбелл! Вы не смеете… Свон, в своей мягкой манере, указал вперед. У туристического офиса был припаркован комфортабельный синий пятиместный автомобиль; прислонясь к нему, стоял шофер – в фуражке, мундире и гамашах. – А вот и золотая колесница, – добавил Свон. – У меня, кстати, есть путеводитель. Будет весело! Глава четвертая Машина миновала крошечные верфи, залив Холи-Лох, поросшие лесом холмы, поднялась по склону, проехала Хизер-Джок и выбралась на длинный прямой участок дороги вдоль глубокого озера Лох-Эк. Шофер понравился им с первого взгляда. Это был дюжий, краснолицый, словоохотливый человек с исключительно яркими голубыми глазами и бескрайним запасом жизнерадостности. Свон занял переднее сиденье, а Алан и Кэтрин устроились на заднем. С самого начала Свон настолько был очарован акцентом шофера, что в конце концов начал ему подражать. Указав на ручей у подножия холма, водитель назвал его «речушкой». Свон вцепился в это слово мертвой хваткой. Отныне вода в любом ее виде, пусть даже и горный поток, способный снести дом, становилась «речушкой». Не обращать на это внимания было невозможно – Свон экспериментировал с произношением «р», и получался то какой-то предсмертный хрип, то протяжное горловое бульканье. Алан от этого испытывал сильный дискомфорт, но возражать не смел. Шофер тоже не возражал. Походило на то, как если бы, скажем, сэр Седрик Хардвик[13]вынужден был выслушивать шуточки мистера Шнозла Дуранте[14]насчет чистоты его английского. Тем, кто считает шотландцев угрюмыми или неразговорчивыми, думал Алан, следовало бы пообщаться с этим шофером. Остановить поток его речи было невозможно. Он подробно рассказывал о каждом месте, которое они проезжали, причем, как выяснилось позже из путеводителя Свона, удивительно точно. По большей части, по его словам, он водил катафалк. Развлекая их описанием многих прекрасных похорон, со скромной гордостью он поведал о том, какая это огромная честь для него – везти покойника. Свон воспользовался моментом: |