Книга Детективные истории эпохи Мэйдзи, страница 6 – Анго Сакагути

– А-а!..

Из уст О-Риэ вырвался короткий пронзительный крик, будто ее рассекли пополам. Из вазы выползла змея и обвилась вокруг ее руки.

О-Риэ выпустила вазу из рук. Та упала и разбилась. Сама девушка, пошатываясь, рухнула прямо на осколки.

К ней бросились люди. Чалмерс подхватил ее на руки. Змею растоптали. В зале поднялся шум, все кричали и ругались. Но в этот момент…

– Э-эй! Врача! Позовите врача!

В дальнем углу зала, вдали от толпы, окружившей О-Риэ, раздался громкий голос.

Когда люди обернулись, они увидели здоровенного носильщика, который бросил паланкин и метался в растерянности. Рядом стоял одетый в черное монах-комусо с корзиной на голове – он выпустил из рук сякухати[11]и подхватил второго носильщика.

Кано Гохэй был убит. Прямо на глазах у начальника полиции.

Хорошо хоть, что верзила Сэйгэн помнил о своих обязанностях блюстителя порядка.

– Господа! Тишина! Ти-ши-на!

Хотя, если честно, больше всех кричал и паниковал именно он. Сэйгэн размахивал руками, словно пытаясь остановить бурный поток реки Оои, и командовал:

– Никому не двигаться! Ни-ко-му! Произошло тяжкое преступление! Пока не прибудут врач и детектив, все остаются на своих местах!

К счастью, особняк Кано находился в районе Ярай-тё в Усигоми. У Сэйгэна оставалась лишь одна надежда – джентльмен-детектив Юки Синдзюро. А тот жил рядом, в Кагурадзаке[12].

Заметив среди полицейских, охранявших особняк, старого служаку Фуруту Рокудзо, Сэйгэн крайне обрадовался:

– Ты-то мне и нужен! Беги в Кагурадзаку и приведи Синдзюро! Да живо! Поторопись, старый болван!

Рокудзо бросился бежать со всех ног. Он был приставлен к Юки Синдзюро и в его обязанности входило являться по первому зову.

Синдзюро, потомок знатного хатамото, сын одного из высокопоставленных чиновников сёгуната в конце эпохи Эдо[13], был человеком франтоватым. Пожив за границей, он приобрел столько знаний, что мог бы заткнуть за пояс и пятерых. К тому же он обладал невероятной проницательностью.

Справа от него жил Идзумияма Тораноскэ. Он держал фехтовальную школу и подрабатывал, в частности, обучая полицейских кэндо.

Тораноскэ был до глупости упрям и фанатичен, но особенно увлекался происшествиями. Он обожал вдумчиво анализировать преступления, и стоило ему услышать о деле, как он бросал все и мчался туда. Расталкивая учеников-полицейских, он занимал позицию в первом ряду, делал глубокий вдох, сосредотачивался, внимательно изучал обстановку, применяя свою «проницательность». Вот только его «проницательность» чаще всего оказывалась чем-то средним между косоглазием и дальтонизмом.

Вернувшись домой, он собирал соседей и с упоением рассказывал о произошедшем, расписывая, как работала его «проницательность». Большей радости для него не было. Однако после возвращения Синдзюро из-за границы все изменилось – тот легко опровергал его теории и безошибочно называл истинного преступника. Тораноскэ скрежетал зубами, но вынужденно признавал его превосходство. Логика Синдзюро не подводила: он замечал то, что упускали другие, и ни один, даже самый хитрый преступник, не мог обмануть его проницательность. Поэтому Синдзюро стал отправляться на места преступлений вместе с Тораноскэ, раскрыл несколько сложных дел, чем и прославился.

Имя «западного ученого», «японского красавца», «джентльмена-детектива» Юки Синдзюро гремело по всем городам и весям Японии, и в газетных опросах его выбирали самым популярным человеком в стране. Полиция даже хотела назначить его начальником сыскного отдела, но он, ненавидя официальные формальности, вежливо отказывался. Однако, страстно любя криминальные загадки, он согласился помогать в расследовании серьезных преступлений в качестве внештатного консультанта. А старый полицейский Фурута Рокудзо был его связным.