Книга Страшная тайна, страница 56 – Алекс Марвуд

– Так-то лучше, – говорит он. Он бы не отказался от полоски кое-чего для поднятия настроения, но, учитывая присутствие Симоны, придется подождать.

– В доме все в порядке? – спрашивает Роберт.

– Время обеда, – говорит он и качает головой.

– Ох, все нормально? Хоакин там? – произносит Мария.

– Да, он там. Нашел в углу гостиной африканские барабаны.

Линда переступает с одного локтя на другой.

– Они из настоящей шкуры зебры, – говорит она с гордостью. – Прекрасно объединяют белую плитку на полу и черный мрамор камина.

Пять пар глаз мельком смотрят на нее, затем снова на Чарли.

– Может быть, мне стоит пойти и помочь, – неохотно говорит Мария. Ей явно комфортно там, где она сейчас, – на покрытой килимом скамье.

– Я схожу, – вызывается Симона своим детским голоском.

– Вот умница! – говорит Шон, и она сияет, будто на нее направили прожектор.

«Боже, это почти достойно жалости, – думает Чарли. – Она как щенок спаниеля, выпрашивающий внимания».

Симона медленно поднимается на ноги, сильно втягивает живот, когда встает. Растягивается и выпячивает свою маленькую грудь. Все взрослые смотрят на нее и ничего не говорят, пока она идет по лужайке.

– Она растет, – говорит Чарли, как только она входит в дом.

– Не смей, – отрезает Мария. – Иначе мне придется запереть ее в темной комнате или что-то в этом роде.

– Хе-хе, я бы не волновался так сильно. Для нее существует только один мужчина.

– Следи за словами, – говорит Шон. – Она это перерастет.

– Я уж надеюсь. Если ты думаешь, что я собираюсь выдать ее за тебя замуж, подумай еще раз, дружище, – говорит Роберт.

Мария мелодраматично вздрагивает. Линда снова меняет позу, втягивает живот и выпячивает грудь вперед. Никаких признаков того, что она намерена присоединиться к кормлению детей; похвальная вера в то, что другие люди займутся твоими делами, если ты просто не будешь обращать внимания. Ее грудь выглядит непропорционально большой для стройной фигуры. «Пластика, – думает Чарли. – Скоро придется менять стандартные размеры, чтобы все эти амбициозные девушки, идущие под нож для четвертого размера груди на теле сорок второго размера, как-то вписались». Он сам не очень-то любит искусственные сиськи. Он любит, чтобы его женщины были незаметными. Вы не хотите, чтобы ваша жена выглядела как проститутка, если ваша цель – кабинет министров.

– Что за история с няней? – спрашивает он.

Шон глубоко затягивается сигарой и выдыхает длинную струю дыма в вечерний воздух. По другую сторону кофейного столика Джимми прикуривает свой косяк и задерживает дыхание, как глубоководный ныряльщик.

– Да, извини, – говорит Шон. – Мадам Паранойя вбила себе в голову уволить ее именно в эти самые выходные.

– Почему?

Шон тянется к шампанскому. На столике уже стоят три пустые бутылки. Совершенно очевидно, что тусоваться они будут на полную.

– Честно говоря, если бы я трахал столько женщин, сколько она думает, у меня бы уже случился инфаркт.

– Боже, эти женщины, – говорит Чарли, как будто подозрительность всех женщин – следствие психического расстройства. Имоджен ни разу не пожаловалась на высокую текучесть личных помощниц в его офисе.

– Полагаю, это в какой-то степени неизбежно, учитывая то, как начались ваши с ней отношения, – произносит Роберт.

Чарли разражается раскатами смеха.