Книга Трое с маяка, или Булочная на Краю Света, страница 78 – Полина Сутягина

– Ты правда так считаешь? – поднял он грустные глаза на девочку.

– Конечно! – воскликнула она, так и не выпустив его ладони.

Томми слегка сжал ее маленькую, еще холодную с улицы, ручку.

– Спасибо, Элис.

Вдруг он встрепенулся и метнулся на кухню, откуда уже тянулся приятный аромат выпечки, в скором времени готовый смениться запахом подгоревшего теста. Но молодой пекарь подоспел вовремя. Охровые завитушки пахнули теплом и корицей в лицо мальчику, когда тот доставал горячий противень. В этот момент звякнул колокольчик.

– Добрый день, мистер Фюшкинс! – послышался звонкий голос Элис.

Томми показался из кухни как был, с прихватками на руках.

– Добрый день, Томми! – поздоровался с мальчиком крепкосложенный мужчина средних лет. Он стянул вязаную шапочку с седеющих волос и продолжил, немного заикаясь, что всегда случалось с ним в моменты волнения: – Ск-кажи, а Мари зд-десь?

Томми молча покачал головой. Заговорила Элис:

– Мистер Фюшкинс, как Ваши ребята?

– Он-ни, лучше! Д-да… Мари, она… – он замолчал, внимательно разглядывая мальчика. Сэма считали в городке простаком. Но это было оттого лишь, что мало кто давал себе труд познакомиться с ним достаточно близко. «Он добрый малый»,– часто говорят про таких. Все покупали у него рыбу, знали его добродушный нрав. Но если бы кто-то спросил о нем мистера Вилькинса, тот, возможно, ответил бы, что рыбак куда лучше видит окружающих людей, чем те подозревают. Но никто никогда такого у мистера Вилькинса не спрашивал, а тот имел привычку держать свое мнение при себе. – Что с н-ней? – встревоженно спросил мистер Фюшкинс.

– Она больна. Очень больна, – тихо ответил Томми, не поднимая глаз.

В булочной повисло тягостное молчание. Мистер Фюшкинс неуверенно открыл рот, но готовые вырваться оттуда слова остановил дверной колокольчик. В булочной появились две покупательницы, и рыбак, поздоровавшись, отошел, будто бы заинтересованный витриной.

Томми вежливо обслужил их и предложил завитушек, которые предварительно полил кленовым сиропом. Дамы, увлеченные их ароматом, поддались искушению и взяли небольшой кулек.

– Т-томми, – мужчина вернулся к прилавку, когда за покупательницами закрылась дверь, – но ведь она их чем-то лечи-ил-ла? Разве нельзя ей д-дать того же?

– Я не знаю, что она делала, Жаннет тоже не в курсе… Мы разобрали ее корзинку, но не знаем, что использовать и как, а доктор сказал, что дети вообще это всё легче переносят… А… у нее сразу пошло в легкие, и нужен теперь этот «аппроботик», «антимотик»… да как его там!

– И где его взять?

– Анри поехал в город за ним…

Мистер Фюшкинс обернулся и посмотрел за стекло внешней витрины, там падали мелкие снежинки. Он ничего не сказал, но за покрытыми легкой щетиной щеками скользнул бугорок напрягшейся мышцы.

– Я спрошу у жены, может, она что-то в-вспомнит, – и он развернулся и покинул булочную прежде, чем ребята сказали хоть слово.

Элис подняла взгляд на Томми, ее глаза были полны сочувствия, но не как у грустного щенка. Серьезные серые и глубокие, они смотрели на мальчика с пониманием, а их хозяйка подбирала правильные слова.

Томми тоже посмотрел за стекло, еще никогда мягкое кружение снежинок не внушало мальчику такой тревоги.

– Тебя во сколько сменят? – неожиданно спросила Элис.

– Около полудня, думаю… – протянул Томми, не отрывая взгляда от снежной чехарды за стеклом.