Книга Прямой умысел, страница 63 – Александр Токун

Тем не менее после разговора с Варварой Линника охватила жажда деятельности. Надев новый пиджак, он чуть не бегом направился к «Бурному Лазарю», словно почуявший зайца охотничий пес.

В ранний час в трактире было пусто. В углу скромно ютился одинокий посетитель. Щеголеватый половой с глубокомысленным видом протирал тарелки и с глухим стуком складывал их на стойку. Сыщик подошел к нему.

— Доброе утро! Меня зовут Кондрат Линник, я расследую убийство Стеши Смык.

— Чем могу служить?

— У вас вчера останавливались два коммивояжера — высокий и низкий?

— Что-то не припомню-с, — важно ответил половой. — У нас здесь много приезжих бывает, мог и не заметить.

Сыщику были хорошо знакомы такие фокусы, поэтому он выложил на стойку монету и повторил вопрос.

— Постарайтесь вспомнить: высокий господин с грубым лицом и низкий с усиками. У высокого был при себе чемодан.

Половой проворно смахнул монету в карман и оживленно заговорил:

— Да, кажется, припоминаю-с. Они уехали два часа назад.

— В их комнате еще не убирали?

— Нет. Горничная обещала прийти с минуты на минуту-с.

— Разрешите взглянуть?

— Видите ли-с… — поджал губы половой. — Наш хозяин строго запрещает впускать посторонних людей в комнаты без особой надобности.

— У меня как раз особая надобность, — заметил Кондрат, повторив трюк с монетой.

— Следуйте за мной, — удовлетворенно сказал половой.

Они поднялись по скрипучей деревянной лестнице с кое-где отсутствующими балясинами на второй этаж, миновали погруженный в полумраккоридор и вошли в одну из комнат. Простая, ничем не примечательная обстановка — две кровати, два стула, обыкновенный квадратный стол и две лубочные картинки на стенах, по-видимому, вырезанные из журнала. В мусорном ведре лежали хлебные крошки и завернутые в пропитанную жиром бумагу рыбные кости. Линник заинтересовался пепельницей и, понюхав, внимательно изучил окурки. «Табак турецкий, такой здесь не продается. Значит, они приехали или из Борхова, или из-за границы», — заключил сыщик.

— Вы не знаете, куда они уехали? — спросил он.

— Не знаю-с, — пожал плечами половой. — Кажется, они опаздывали на поезд.

— Благодарю за содействие, — бросил Кондрат и выскочил из комнаты.

Возле трактира стоял экипаж. Пожилой извозчик со скучающим лицом кого-то ожидал.

— Отец, будь добр, подвези до станции! — обратился к нему Линник.

— Не могу. Мне велели ждать.

— Очень нужно, выручай! Заплачу тройную цену и еще столько же, если доедешь за четверть часа.

— Ладно, садись, — подумав, согласился возница.

Через пятнадцать минут сыщик прибыл на станцию. Поезда ходили через Пичугу нечасто, и у вокзала царила полная идиллия. Рослый рябой носильщик стоял, прислонившись спиной к столбу.

— Вы давно тут стоите? — поинтересовался Кондрат.

— С пяти часов, — флегматично произнес носильщик. — А вам что за дело?

— Два часа назад здесь садились на поезд два хорошо одетых господина — высокий и низкий. У первого был в руках чемодан.

— Да, я запомнил эту парочку.

— Почему?

— Я хотел помочь высокому с чемоданом, так он чуть не набросился на меня с кулаками. Сказал, что сам справится.

«Это подозрительно», — подумал Линник.

— А в какую сторону они поехали — в Борхов или в Россию?

— Кажется, в столицу, — наморщив лоб, проговорил рябой. — Эй, Тухлый! — позвал он.

— Чего? — неохотно ответил отдыхавший на лавке носильщик с желчным лицом.