Онлайн книга «Плейлист»
|
Якоб подошел к столу и наполнил жестяную кружку водой из кувшина. – Если честно, да. Думаю, доктор Либерштетт права. В вашей истории есть что-то странное. – Я нахожу странным скорее то, что меня держат взаперти. – Мы не тюрьма! – Он протянул ей кружку с водой. – Значит, я могу уйти? – Только когда вы расскажете нам правду и мы будем знать, кто вы на самом деле. Эмилия отвернулась от него, посмотрела на люк в крыше и сделала глоток воды. «Как долго я смогу придерживаться своей истории? Сколько времени им понадобится, чтобы вычислить БМВ и дойти по моему следу до „супермаркета"? А оттуда, где я назвала свое настоящее имя, и до моего дома в Николасзе?» Эмилия злилась на себя, что снова среагировала эмоционально и позвала Якоба, не придумав правдоподобной истории. За отсутствием альтернативы она пока придерживалась своей легенды. – Мне подмешали нокаут-капли. Я ничего не помню. – Этот препарат лишает вас воспоминаний о преступлении. Но не стирает всю память о том, что было до него. – Взгляд Якоба стал суровым. – Так откуда же вы знаете о нас? Она пожала плечами: – Может, мужчины раскаялись в содеянном и знали, что мне здесь помогут. Почему они просто не могли привезти меня сюда? – Потому что такого не бывает. – Почему нет? Объясните мне. Якоб посмотрел на часы. – Вы мне не лжете? Вы действительно понятия не имеете, где находитесь? – Пока нет. – Эмилия оставила себе лазейку, возможно, когда-нибудь снова «вспомнить». – О'кей. – Якоб придвинул к себе табурет, который казался для него слишком маленьким, но был достаточно прочным, чтобы выдержать его вес. – «Амброзия» – это сообщество врачей-единомышленников, медсестер, сиделок и курьеров. – Курьеров? – Сейчас объясню. – Его презентация звучала отрепе-тированно; наверняка он уже рассказывал это многим, кого запирал на ночь. – Мы рассматриваем тело и душу как единое целое. Причем душа восстанавливается гораздо дольше, чем физические раны. И лишь когда исцеляется психика, пациент по-настоящему выздоравливает. Эмилия глухо рассмеялась. – Вы правда думаете, что моему исцелению поможет принудительное заточение? – Вы сами не знаете, чего хотите, Бекки. Послушайте, сейчас вы ведете себя, как тигр, попавший в капкан браконьеров. Ловушка захлопнулась, и зверь не может освободить лапу без посторонней помощи. Но если помощь придет в лице человека, спаситель будет укушен. Тигр, не понимающий, что ему нужно, сопротивляется собственному спасению. – Я не зверь. – Конечно нет. Но вы и не знаете, что вам на самом деле нужно, чтобы освободиться от оков насилия, которые на вас надели. Эмилия почувствовала, как волосы на затылке встали дыбом от волнения. Якоб попал в самую больную точку, хотя он имел в виду другую беспомощную ситуацию, не ту, в которой она находилась на самом деле. – Если мы отпустим вас сейчас, Бекки, до завершения лечения, вы вернетесь в свое прежнее окружение, где столкнетесь с теми же людьми, которые причинили вам страдания. Порочный круг насилия и унижений начнется для вас снова – и это еще не самое худшее. Своим возвращением вы рискуете укрепить позиции обидчиков. Потому что они усвоят, как обращаться с жертвами, и поймут, что те не будут сопротивляться. Результат: преступники разрушат еще больше жизней, и цикл насилия продолжится. |