Онлайн книга «Плейлист»
|
Серия «Зарубежный детектив» SEBASTIAN FITZEK PLAYLIST roman © Перевод, ООО «Гермес Букс», 2026 © Художественное оформление, ООО «Гермес Букс», 2026 Все песни из плейлиста Фелины, упомянутые в книге, существуют на самом деле. Они были написаны специально для этого триллера. История вдохновила музыкантов, а их композиции и тексты песен, в свою очередь, оказали значительное влияние на развитие сюжета книги. Бену (клавишные), Йоргу (бас) и Жаку (гитара), с которыми мы когда-то давно разделяли одну мечту, но которых, увы, в какой-то момент настигла реальность. Нам бы срочно увидеться снова. Репетиция группы? 1 Ровно в 18:42, спустя три недели два дня и девять часов после того, как его дочь бесследно исчезла по дороге в школу, раздался двойной звонок в дверь, и Томас Ягов узнал, что человеческий ужас безграничен. Судьба не щадит, даже когда человек думает, что достиг предела своих возможностей. – Кто там? – спросил он в пустоту безлюдного палисадника. Они три года жили в Николаеве[1], в слишком дорогом для них районе, правда, в маленьком бунгало, где едва помещалась семья из трех человек. Серое здание с плоской крышей немного застенчиво стояло на краю луга среди величественных вилл и наверняка было бы снесено богатыми покупателями, чтобы освободить место для роскошного новостроя, соответствующего уровню поселка. Поначалу, когда Томас все еще надеялся стать директором частной гимназии в Груневальде[2], где он преподавал географию и физику, они тоже мечтали об этом. Но затем на должность нашелся другой претендент, и с тех пор доходы Томаса не росли. Их совместных с женой Эмилией, которая работала медсестрой, доходов хватало только на погашение кредита и оплату коммунальных услуг, если они хотели, чтобы в начале месяца оставалось еще достаточно денег на все прочее. На самую же большую статью расходов семейного бюджета претендовала пятнадцатилетняя Фелина. Траты только на ее одежду, обувь и спортивный инвентарь удваивались с каждым годом. Пока в одночасье не упали до нуля. «Пока ее не похитили», – подумал Томас, все еще цепляясь за мысль о том, что когда-нибудь ему позвонят с требованием выкупа. Но он понимал, насколько это маловероятно. С семейства Ягов нечего было взять. Ни наследства, ни сбережений. Это было видно даже со стороны. Истинное финансовое состояние человека понятно по его саду, обычно говорила его мать, и если она не ошибалась, то семейство Ягов смело можно было отнести к нищебродам. В отличие от соседей они не могли регулярно нанимать ландшафтных дизайнеров, чтобы те превращали их сад в настоящее произведение искусства. Живая изгородь и самшиты Хойсснеров через дорогу выглядели так, будто их отпечатали на 3D-принтере, а у Ягов осенней листвой было завалено все – и газон, и дорожка до самой входной двери, которую только что открыл Томас. Крупные липовые листья нападали на коврик перед бунгало, и Томас сначала не заметил кирпич. Лишь когда шагнул в гнетущую морось дождя – типичную берлинскую октябрьскую погоду, словно созданную для самоубийств, – он ударился ногой о красное, размером с книгу, препятствие. Посторонний предмет удивил Томаса. Он наклонился и заметил приклеенную сверху записку. Скотч плохо держался на пористой поверхности кирпича. Еще один порыв ветра – и бумажку унесло бы прочь. И тогда он, возможно, так и не прочел это послание. Написано от руки, по почерку – девочкой, совсем юной: |