Книга Прекрасная пара, страница 146 – Лесли Вульф

– Могу я отнять у вас минутку? – вежливо спросила она.

Мы провели немного времени в кафетерии. Она показала мне детские фотографии своей дочери. Какой же красивой она была, какой счастливой и безмятежной! На одной из них десятилетняя малышка танцевала в «Лебедином озере». На другой – задувала свечи на торте в день своего двенадцатилетия. На третьей, одетая как принцесса, держалась за руки с долговязым мальчиком, собираясь на выпускной бал всего за несколько месяцев до несчастного случая.

Мысленно я еще видела, как она хватала ртом воздух, беззвучно кричала, ее расширившиеся от шока глаза, ее волосы, слипшиеся от пота и крови, разметавшиеся по больничной подушке. Будто эта реальность вычеркнула прошлое, заменила все, чем она когда-либо была.

– Мне нужна ваша помощь, – прошептала Эсперанса, убирая телефон обратно в карман. Она потянулась через стол и сжала мою руку своими хрупкими, холодными пальцами.

Я положила свою ладонь поверх ее.

– Все, что угодно.

Какое-то время она молчала, звуки кафетерия вокруг нас затихали, отдаляясь, как будто мы попали в иной мир.

– Я хочу умереть, – в конце концов произнесла она. – Вы можете помочь мне сделать это безболезненно? – Она смотрела мне прямо в глаза. – Я достаточно настрадалась в этой жизни.

– Миссис Соса, я…

– Я должна быть с дочерью, – прошептала она. – Вы мать?

У меня пересохло в горле, когда я попыталась ответить. Я лишь смогла кивнуть.

– Тогда вы понимаете, – она на мгновение замолчала, глядя в окно на оживленное движение. – Я хочу, чтобы вы научили меня, как умереть. Куда мне идти? Я могла бы броситься под машину. – Она сжала мою ладонь, умоляя взглядом. – Все нормально. Я все равно умираю, а моя Марисоль ушла. Она ждет меня.

В этот момент ты отправил мне сообщение: «Если ты способна выбраться из повседневной грязи человеческих страданий, поработай на сборе средств сегодня вечером. Не заставляй меня просить дважды».

Твои слова – словно пощечина. Таким бессердечным и жестоким ты стал со мной в последнее время, с тех пор как я попросила у тебя развода. Ты напомнил мне о благотворительном вечере, который я снова согласилась разделить с тобой. О том, что ты поедешь по Малибу-Каньон-роуд со скоростью семьдесят миль в час, скорее всего, в нетрезвом состоянии.

И тогда, словно во сне, я спросила эту скорбящую, убитую горем мать:

– Что, если бы я могла назвать вам время и место, когда на вас на большой скорости наедет машина? Где я буду рядом с вами?

До сих пор помню слезы благодарности, которые брызнули из ее глаз.

Чтобы внести ясность, мой дорогой Пол, я не хотела, чтобы тебя приговорили к тюремному заключению. Я не хотела, чтобы Тристан рос без тебя. Я думала, это унизит тебя. Ослабит настолько, что ты отпустишь меня. Когда я вернулась домой той ночью, после разговора с Эсперансой, я была готова все отменить, если бы ты только обнял меня. Если бы ты только послушал, как я рассказываю о Марисоль и о том, как ее смерть опустошила меня.

Ты этого не сделал.

И даже в тот день я снова и снова просила тебя позволить мне сесть за руль. Если бы ты согласился, все было бы совсем по-другому. Но ты продемонстрировал свое обычное упрямство и безрассудность.

Я отправила Эсперансе сообщение на одноразовый телефон через несколько минут после того, как покинула зал. Я понятия не имела, не передумала ли она. Все, что я сделала, это пообещала ей, что буду рядом в последние минуты, чтобы убедиться, что она не будет страдать. Остальное зависело от нее.