Книга Уцелевшая, страница 44 – Лесли Вульф

— Это потому, что он все так хорошо продумал? — спросил Фраделла.

— Не совсем. Да, он хорошо организован, осторожен и действует точно. Ему далеко до Гарзы, но он очень близок к нему. С Уотсонами он не слишком рисковал. Но посмотрите, как он эволюционировал — от убийства к изнасилованию! Так не бывает. История и статистика говорят нам, что серийные убийцы переходят от изнасилования к убийству, но никогда наоборот. — Тесс почесала голову и заправила за ухо прядь волос. — Ладно, давайте рассортируем всю эту кучу-малу.

Она расчертила таблицу и вписала в начало каждого столбца фамилии жертв. Последний столбец назывался «ТЖГ».

— Что такое ТЖГ? — удивился Мичовски.

— Типичная жертва Гарзы, — ответила Тесс. — Тут мы пропишем нестыковки.

— Я понял, что эти три семьи не являются жертвами Гарзы, так? — уточнил он, удивленно вскинув бровь.

— Да, это наша исходная установка. Если этих людей все-таки убил Семьянин, причин для волнения нет. Через несколько дней его поджарят, и Лора Уотсон окажется в безопасности.

— Тогда зачем нам прописывать нестыковки? — Мичовски хотел получить исчерпывающее разъяснение.

— Мы должны вычислить несуба, понять, как он действует, когда не подражает Гарзе. Составить портрет его типичных жертв, установить его МО — модус операнди, и почерк. То, что характерно именно для него.

— Круто! — Фраделла, спрыгнув с краешка стола, на котором сидел, схватил маркер. — Можно я начну?

Тесс приглашающе взмахнула рукой.

Молодой детектив добавил к таблице несколько столбцов и принялся подписывать их от левого крайнего.

— Итак, у нас есть МО, орудие убийства, почерк, мотивация отбора жертв — так вы сказали. Что еще?

— Пока хватит, давайте заполнять, — предложила Тесс.

Фраделла приготовился записывать.

— Я думаю, первый вопрос, на который мы должны ответить: имеем ли мы дело с одним несубом во всех трех случаях или у нас их больше?

Оба полицейских посмотрели на нее.

— Два или три подражателя за такой короткий период времени? — усомнился Мичовски. — Мне кажется, это крайне маловероятно.

— Согласна, — ответила Тесс, грызя кончик маркера. — Давайте будем ждать лошадей, а не зебр.

— Что? — удивился Фраделла.

— Когда слышишь цокот копыт, жди лошадей, а не зебр, — объяснила она. — Это основное правило, которое вдалбливают в головы студентам-медикам, чтобы они не тратили попусту времени на невероятные диагнозы. Медицинская версия принципа Оккама — не усложняй!

— Значит, мы будем исходить из того, что это один и тот же несуб? — уточнил Фраделла.

— Пока да, — ответила специальный агент, нахмурившись. — Нет, тут неправильно, видишь? — Она указала на ряд, названный «Почерк». — Я думаю, мы пока не знаем, каков его почерк. Изнасилование и убийство — это не почерк, Тодд. Для Гарзы, например, почерком являются его действия после убийства.

— Хорошо, а как вы определяете почерк преступника?

Фраделла пришелся Тесс по душе. У парня пытливый ум, и он с энтузиазмом воспринимает все новинки. Он сообразителен и готов расти профессионально, хотя порой ему мешает самомнение.

— Почерк — это то, что убийца делает помимо основного преступления, то, что не является необходимым для его совершения. В случае с нашим несубом выстрелы и ножевые удары, даже изнасилование являются частью МО, но мы пока не знаем, каков его почерк. Вычислив почерк, мы сможем точнее выстроить его психологический портрет, понять, кто он такой и что им движет.