Книга Основано на нереальных событиях, страница 63 – Алекс Винтер

Алекс помолчала. Эта картина ей была хорошо знакома. Она припомнила, как Торадзе выкинула ее из сборной. В душе вновь шевельнулась гадючья обида. Тряхнув головой, она спросила:

– А кому еще ты собралась доказывать свою крутизну?

– Что?

– Ну, ты сказала: «И ей тоже». Кому в первую очередь? Девчонкам из команды?

– Да чихала бы я на них, – отмахнулась Даша. – Нет. Муженьку, пропади он пропадом. Надеюсь, что послезавтра я смогу сказать: бывшему муженьку. Он мне уже весь мозг выел, все твердит, что я дерьмо и без папиных денег ни на что не годна… Как будто он годен и чего-то в этой жизни добился сам. Можно было развестись тихо, но ему обязательно нужны были эти… показательные выступления. В итоге у меня телефон разрывается от звонков журналистов, я во всех новостях, Дима везде дает комментарии. Уши вянут от того, какую чушь он несет, причем даже его родители просят его заткнуться. Но психопатам закон не писан.

Краткую историю неудачного Дашкиного замужества Алекс уже слышала. От мужа, худенького и скромного на вид паренька, она получила звучную фамилию, укрепила статус богачки и получила в довесок кучу проблем. Брак дочери алмазного гиганта и сына нефтяного магната мог стать очень крепким, но не стал. Дмитрий Романофф был далеко не идеален. У Алекс в свое время волосы встали дыбом, когда Дарья впервые поделилась с ней подробностями семейной жизни. Романофф оказался жесток, нестабилен психически, грязно ругался, оскорбляя жену последними словами.

– Кто бы мог подумать, что в таком мелком ушлепке столько дерьма, – вздохнула Алекс. – А ведь с виду – ребенок, воды не замутит, опять же, эти глаза подстреленного олененка. Обнять и плакать… Маленький, худенький, костлявый… Где были твои глаза, когда ты за него выходила замуж?

– Саш, так кто знал-то? – развела руками Дарья. – Пока у нас все было более или менее нормально, Димка был совсем другим, но он собственник, если добыча выскакивает из его рук, он с ума сходит. А когда у такого есть возможности для преследования, он на все пойдет, чтобы отравить жизнь. Вот он и отравляет. Я кататься стала плохо, Саш. И спать не сплю. На меня давят со всех сторон: Димка, Торадзе и родители. А я в гробу видела эти династические браки. Мне бы хоть раз уйти со льда с золотой медалью, чтобы доказать им всем: смотрите, это я! Я все сделала сама, ни при чем ваши бабки и связи… Я потому и решила показать этот каскад, и тебя попросила снять его, чтобы все видели: это я, я, а не папины деньги! Торадзе так это все не понравилось, но я плевать хотела!

– Ну вот и чудненько, – похвалила Алекс. – Давай отвлечемся от твоего благоверного и обсудим интервью. О чем бы ты не хотела говорить?

– Да вот об этом бы и не хотела. Саш, давай сразу договоримся: обсуждаем только спорт, перспективы и мой каскад. На личную жизнь – табу. Я бы охотно тебе рассказала больше, но Димка устраивает истерики и по телефону, и лично, стоит задеть его. А там и семейка подключается.

– О'кей, – согласилась Алекс, – никаких проблем, тем более что картинка будет роскошная. Не будем трогать твоего мелкого ушлепка.

Дарья допила какао, покрутила стаканчик в руке и неуверенно произнесла:

– Саш, я все хотела спросить… А ты вроде с ментом встречаешься?

– Встречаюсь. Познакомить? Только ментом не зови его, Стасу это не нравится.